– Мисс Рэйвен!

Она вздрогнула от неожиданности. Эван Флетчер ок­ликнул ее, просунув седую голову в открытую дверь каю­ты. Он счел очень странным, что она забилась сюда и неподвижно застыла на пустой постели, взгляд его засве­тился сочувствием – глаза девушки были очень грустны­ми. Ай-яй, девчушке-то больно расставаться, решил он и пожалел, что потревожил ее так некстати. Но как же ему будет недоставать её милого личика и этих прекрасных глаз. Эта ангельская красота для многих была спаситель­ным бегством от обыденности корабельной жизни.

– Да, мистер Флетчер? – Бархатный голос Рэйвен вывел его из состояния задумчивости. Он покаянно улыб­нулся ей:

– Капитан хочет видеть вас в своей каюте. Рэйвен нерешительно замялась.

– Один?

– С ним Сергеев, – ответил Эван, не находя ниче­го странного в этом вопросе и не уловив нотки сомнения в ее голосе.

– Спасибо.

Она распрямила плечи и вышла в коридор. Поистине эта девушка – воплощение всех добродетелей, и как же он будет тосковать по ней, подумал Эван.

– Вы звали меня, капитан? – с ходу спросила Рэйвен, входя в каюту. Она стояла с высоко поднятой головой, но сердце ее тревожно забилось, стоило ей увидеть сидящего за низеньким столиком Шарля, из-за широких плеч которого виднелась позолоченная клетка с соловьем. Птичка сосредоточенно шелушила семечки подсолнуха, которые ей подавал Дмитрий. Рубашка из голландского полотна на Шарле была по-домашнему распахнута на бронзовой шее, и золотистые волоски кур­чавились в отвороте рубахи. Рэйвен с трепетом вспомни­ла, как покойно ей было на этой мужественной груди, в объятиях Шарля, в ту злополучную ночь, когда пираты напали на судно.

Шарль поднял голову и, встретив настороженный взгляд золотистых глаз, мрачно сжал губы. Небрежно откинув­шись в кресле, он всей позой выражал равнодушие.

– Садитесь, мисс Бэрренкорт. Нам нужно кое-что обсудить.

В замешательстве Рэйвен села и скосила глаза на Дмит­рия. Тот, подобно Шарлю, многозначительно молчал, но выглядел весьма торжественно. Глаза Рэйвен вернулись к капитану, который заметно помрачнел, проследив за ее вопросительным взглядом в сторону Дмитрия. Рэйвен по­чувствовала еще большее смущение и отвела глаза. Шарль нахмурился.

– Ваш кузен ждет вас в Лахоре? – резко спросил он.

– Нет, не ждет, – напряженно ответила Рэйвен. Неприязненность Шарля угнетала ее – У меня рекомен­дательные письма от моего двоюродного деда и от Джона Трентхэма.

Она сдвинула брови, но удержалась и не спросила, в чем, собственно, дело. Конечно, уж он бы поиздевался над типично женским любопытством. Пусть этот непогре­шимый дьявол скажет сам так, как хочет и когда хочет.

– Тогда вы понятия не имеете, что это за человек, – произнес он. И это уже не было вопросом.

– Конечно, нет, – раздраженно сказала Рэйвен, начиная терять терпение. – Я только знаю, что он рабо­тает для Ост-Индской компании и там на хорошем счету. Кроме того, мой двоюродный дедушка, которого я глубо­ко уважаю, очень тепло относится к нему.

– А Ханапурский гарнизон, в котором он живет, настоящий военный городок?

– Судя по высказываниям мистера Трентхэма, да. Почему это так важно, Дмитрий?

Ей резко ответил Шарль:

– Потому что мистер Литтон и мистер Перри узна­ли, побывав на берегу, что недавно был убит англичанин из британского поселения в Мультане.

Рэйвен совершенно ничего не поняла, о чем и сказала. Шарль нетерпеливо взмахнул рукой.

– Вы хотя бы имеете представление, кто такие сик­хи, мисс Бэрренкорт?

– О, конечно, – раздраженно ответила она. – Мистер Литтон рассказывал мне о них.

– Что же он рассказывал вам?

– Что они последователи религиозного учения, поя­вившегося триста лет тому назад. Создал это учение гуру Нанак, пытавшийся объединить мусульман и индусов еди­ной религией. «Сикх» обозначает «дисциплина». А еще мистер Литтон сказал, что мужчины-сикхи никогда не стригут свои волосы, а прячут их под чалмами.

К ее изумлению, Шарль лишь покивал головой, не заметив ее дерзкого тона, а зеленые глаза смотрели не отрываясь.

– Верно. А что он еще рассказывал?

– Что они были объединены Говиндом Сингхом в княжество, здесь, в Пенджабе, а позже их возглавил Ранджит Сингх, махараджа. Но с момента его смерти ими правили слабые правители. Года четыре назад лорд Элленборо, бывший генерал-губернатором в то время, решил аннексировать Пенджаб и привел войска к Сутледжу. Однако прежде чем он начал военные действия, директо­ра Ост-Индской компании отозвали лорда в Англию, по­тому что не хотели войны с сикхами. Но когда войска Эллснборо были отозваны и отступили согласно приказу, сикхи отреагировали совсем не так, как хотелось компа­нии. Они восприняли отход войск как знак трусости ан­гличан и решили, что наступило время выгнать их из Индии раз и навсегда. Состоялись две битвы, которые англичане в конце концов выиграли. Тогда они и завладели Лахо­ром, где, кстати, теперь живет Филипп Бэрренкорт. Над­еюсь, я удовлетворила ваше любопытство?