В спецкурсах их заботы не совпадали. Рони долбила сопромат, детали машин и начерталку, копалась в электротехнике и промышленной электронике, конструкционных материалах и способах их обработки. А Джек изучал социальную психологию, пропаганду и агитацию, управленческие приемы и принципы организации человеческих сообществ. Что забавно, в пределах данной планеты эти знания не особо-то и нужны. Однако, вспоминая свою жизнь во внешних мирах, невольно соглашался практически со всем, что преподавалось.

На этот поистине завал с учебой накладывалась Ронькина работа с самобеглой тележкой. Это Джек так назвал проект по наземному транспорту. На Погибели нет дорог, и никогда не будет. Идеальны были бы гравилеты, но они безумно дороги, делают их далеко и продают неохотно. Да и связь с внешними мирами еще как следует не восстановлена. Воздушная подушка чересчур энергоемка, и на воздушных винтах в лесной тесноте передвигаться рискованно. С гусеничным движителем тоже не все безоблачно, бесконечная лента отнюдь не невесома, и система опорных катков требует серьезного основания. Громоздко выходит, как ни крути.

В общем, пришли к мотор-колесам с шинами низкого давления. С точки зрения эстета рама из жердей на четырех дутиках смотрелась убого, а скорость в двадцать километров в час вызывала усмешку, но массу местных проблем эти уродцы от техники решали эффективно.

Только Рони хотела соорудить шагоход. Математическую модель шестинога ей разработал Гошка, а вот над техническим воплощением замысла корпела целая группа товарищей. Тут, кроме проблемы поворотов и плавности хода, еще и вопрос создания тянущих усилий для сгибания и разгибания ног. Искусственных мышц в их распоряжении нет, поршни в цилиндрах, лебедки, соленоиды - все стандартные технические подходы приводили к такой громоздкости, что от них отказались еще на этапе прорисовок.

Так бы и забросили это дело, если бы не Сорнелли. Он приволок надувную игрушку, которая при выпускании из нее воздуха, опадая с боков, заметно удлинялась, распираемая встроенной пружинкой. Один из шестиклассников долго с ней "игрался", а потом уверенно начертил схему пневматической мышцы. И все сразу поняли, что это как раз то, что нужно. В общем, привод шагохода должен был стать пневматическим.

При изготовлении макета первой же ноги выяснилось, что и здесь не все так безоблачно, как показалось с первого взгляда. Требовались большие давления и их четкая регулировка одновременно для всех до одной мышц. Десятков для каждой конечности. Когда это распределительное устройство просто нарисовали, стало ясно, что места оно займет о-го-го. Ну и вес клапанов, да приводов к ним, да датчиков давления...

Казалось - облом. Тем более что и сами мышцы были великоваты. Ронька уже было собралась смириться с неудачей, как Томочка привела подружку с кафедры полимеров. И тут перед Джековой подружкой открылся целый мир. Оказалось, что она все делала не так.

Что сами мышцы надо делать не, стягивающимися, а сгибающимися за счет различной упругости участков, расположенных с разных сторон.

Что клапана из твердого материала - заря пневмопривода. Использовать следует пьезорезиновые трубки, проходимостью которых можно управлять прямо с выводов процессора. И, кстати, с них же можно снимать сигнал, характеризующий давление на участке, куда подведены проводники.

Что все это, причем любого размера, уже практически готово для ластоходного движителя, который разрабатывают парни с биофака.

Когда Рони принялась за прорисовки ног с учетом новых данных, Гошка привел одного любителя брать интегралы по поверхностям переменного профиля. Сильно помог с расчетами. Но финал оказался феноменальным. Шарниры можно было исключить. Конструирование пришлось снова начинать от печки.

Следующий визитер из группы композитов. Он не сильно пытался вникать в суть вопроса, а достал из-за пазухи прутик и попросил сломать. Сток-ретан, армированный нитью паука падальщика. Короче, штыри опор становились невесомы, а все коммуникации можно было разместить внутри, уже при изготовлении формуя все каналы и закладывая проводники прямо в каркас.

Одна беда. Сам проект шестинога оказался нереализуем до конца учебного года. Слишком много смежников, и всем требуется немалое время на изготовление деталей. Но прорисовки были завершены, чертежи оформлены, а заявки на изготовление размещены.

А у Джека был очень плодотворный период литературного творчества. Его "Очерки о Погибели" разрослись до более чем сорока мегабайт только чистого текста. Ребята из худгруппы снабдили написания отличными иллюстрациями. В переводе на обычный книжный формат получался многотомник энциклопедического формата. Конечно, издавать его никто не собирался, но с сервера читали регулярно. Приятно, что старания не пропали даром. Результат востребован - а это признание.

И еще массу времени отнимали хлопоты, связанные со стрекозоидами. На пирографитовом заводике собрались сразу семеро из девяти. Кра продолжал изучать геологию в Школе, но успехами не радовал. Учителя считали, что насекомого подводит память. Тем не менее, тот продолжал упорно корпеть над букварями, сдавая экзамены иной раз только с четвертой попытки. Некоторые курсы прослушивал дважды.

Кря тоже приехал в Школу вместе с Янкой - младшей дочкой деда Витяна и бабы Зои. И даже не пытался учиться. Болтал с подружкой на своем стрекозоидном языке, регулярно принимал пищу и слонялся, где хотел, тихо и неприметно присутствуя на занятиях самых разных классов по любым дисциплинам.