Перис вскрикнула.

– Черт, – пробормотал Тобиас; он подскочил к Синтии, схватил ее за запястье, рванул конверт и, подтащив к раковине, встряхнул ее руку.

В конверте лежал пластиковый пакет, который Синтия проткнула своими длинными ногтями. На сияющую стальную поверхность раковины потекла темная старая кровь, выскользнул перепутанный клубок внутренностей какого-то животного. Кровь стекала по подолу темно-зеленого платья и по чулкам Синтии. Капли растекались по белому кафелю пола, как густой желатин.

– Что там написано, Перис?

Перис вытащила из конверта открытку и прочла:

– Врагов надо выбирать более тщательно, чем друзей, – держа открытку за уголок, она рассеянно посмотрела на Тобиаса и спросила: – Что это значит?

– Это угроза! – заверещала Синтия, дрожа всем телом. – Вуду. И вы думаете, я буду разговаривать с этой женщиной?

Тобиас открыл кран и подставил скользкие руки Синтии под струю воды.

– С какой женщиной? – спросил он по возможности ласково.

– Вивиан! Кто же еще занимается черной магией?

– Я вообще никого не знаю. А с чего ей угрожать тебе? – Тобиас понял, что Синтия потеряла голову от страха.

– Она ревнива. Она догадалась, что Биллу сейчас нужна я. Она понимает, что он придет ко мне, как только отделается от нее.

– Если она не убьет тебя раньше, – сказал Тобиас голосом, каким обычно читают надписи на могилах. – Перис, наверное, Синтии надо дать побыть одной.

Перис не возражала. Они вышли из квартиры, и Тобиас закрыл за собой дверь.

Потом они услышали, как визжит Синтия. Она визжала и визжала. Перис потянулась к дверной ручке, но Тобиас ее остановил.

– Переживет. Мы с тобой оба знаем, что она вечно верещит, чтобы снять напряжение. В истериках она поднаторела. Уж я-то знаю. Думаю, пора нанести визит Вивиан.

Как сказала им горничная, Билл был в городе по делам, а мисс Эстесс находилась у бассейна.

Многоэтажный особняк Билла Бауи всего в миле от дома, в котором теперь жил Найджел, тоже был обращен фасадом к заливу. Комнаты были уставлены антикварными безделушками, которые Вивиан привезла с собой из Нового Орлеана. Интерьер, подернутый патиной времени, полностью соответствовал старинной наружной кирпичной кладке, увитой плющом.

Пышные белые розы в вазах, расставленных в большой элегантной гостиной, дверь из которой вела во внутренний двор, отражались в блестящей поверхности рояля, в крышке стола черного дерева на ножках в виде львиных лап и в огромном зеркале, обрамленном золоченой рамой, висевшем над камином.

Розы наполняли влажный послеобеденный воздух густым ароматом.

Шагая по бесценным шелковым коврам и сияющему паркету, Перис думала о своих пыльных ногах в простых сандалиях.

Горничная привела их во двор и удалилась.

Тобиас взял Перис за руку и шагнул вперед.

Большую часть двора, вымощенного зеленой плиткой неправильной формы, занимал круглый бассейн. Кирпичную стену украшали вазы, в которых рос виноград и вьющиеся цветы. За стеной в солнечных лучах поблескивала вода озера Вашингтон.

Перис почувствовала себя, как маленькая девочка из бедных кварталов, которая вдруг оказалась в рождественской сказке.

В шезлонге у края бассейна раскинулась Вивиан – высокая, соблазнительно стройная; загар на ней по цвету напоминал мед. Ярко-розовый купальный костюм без малейшей морщинки обтягивал ее тело. Лак на пальцах (на руках и на ногах) был того же цвета. В тон купальнику и лаку была и помада на губах. Она подняла взгляд от книги, которую читала, сдвинула на лоб солнечные очки и помахала им рукой.

– Тобиас, – и Вивиан, отбросив книгу, поправила соломенную шляпу на голове. – Кто это с тобой?

– Гадкий утенок, – тихонько сказала Перис.

Тобиас посмеялся и обнял ее за талию своей крепкой рукой.

– Это моя невеста, – сказал он. – Перис Делайт. Вы встречались в госпитале, да и в других местах, Вивиан.

– О-о! – Вивиан медленно поднялась. – Как чудесно, милые мои. Ах, свадьба! Ах, как жаль, что Билла нет дома! Мари! – Вивиан босиком прошлепала к двери, откуда появилась служанка, впустившая их в дом. – Пожалуйста, Мари, шампанского. И три бокала. Побыстрее.

Отдав приказание служанке, Вивиан взялась обнимать и целовать Тобиаса и Перис.

– Может, я сама и не верю в брак, но идея свадьбы мне нравится. Это так романтично.

Перис чувствовала себя совершено подавленной в присутствии этой блистательной особы.

– Спасибо, – сказал Тобиас. – Я рад, что ты не возражаешь. Это не ты послала Синтии пакетик с цыплячьими потрохами?

Вивиан так и замерла с распростертыми объятьями.

– М-мм…

Она опустила руки и вернулась к своему шезлонгу.