Путешественникам ничего не оставалось, как послушно брести по дороге. Поля закончились, и отряд вошел в густой лес. Признаться честно, Конан и сам подумывал о побеге. Знакомство с местным владетелем не сулило ничего хорошего.

Его феод находился далеко от Кордавы, и, судя по всему, Радигес Смелый зарвался. Он ощущал себя здесь всевластным хозяином. Наверняка, для этого есть причины, так что киммериец прекрасно понимал, что сейчас для них противиться воле барона равносильно самоубийству. Вокруг редколесье, нет ни кустов, ни бурелома, так что спрятаться здесь не удастся. Идея Исмала авантюрна и гибельна. Придется плыть по течению и надеяться на милость богов. Могущественный Кром еще никогда не подводил северянина.

Настроение у людей оставляло желать лучшего. Никто не знал, что от них нужно местному господину. Лишь изредка «барсы» обменивались короткими репликами. Молчала даже любознательная Селена. Сейчас девушка шла между Конаном и Баррасом, а сзади двигался Исайб.

— Вы только взгляните! — изумленно выдохнул Зебах, укорачивая шаг.

На развилке дорог стоял десяток всадников. Теперь варвар был уверен, что его опасения не напрасны. Зингарцы несли на себе полное вооружение тяжелой кавалерии. На ногах — стальные поножи и наколенники, тело закрывает кольчуга, сверху синяя накидка, в руках длинное копье и квадратный деревянный щит. Головы воинов закрывали полукруглые металлические шлемы.

— Надежный заслон, — негромко заметил офирец. — Этот Радигес довольно богат, раз может содержать таких бойцов.

— Прорваться было бы сложно, — невольно пробурчал Исмал.

Отряд повернул направо. Всадники не сдвинулись с места, они словно превратились в статуи, и лишь лошади мотали головами и хрипели. Воины настороженными взглядами провожали чужестранцев. Дорога часто петляла, и вскоре заслон зингарцев скрылся из виду. Неожиданно до людей донесся странный звук.

— Похоже на рог, — произнес Баррас, кладя ладонь на рукоять секиры.

— Не торопись, — остановил его киммериец.

Заметив волнение среди шемитов, один из гонцов пояснил:

— Вам оказана большая честь: барон решил встретить отряд лично. Глашатаи предупреждают о приближении его свиты.

— Прямо как дома, — прошептала Селена.

О том, что она когда-то была принцессой Пограничного Королевства, знали лишь Андуран и варвар. Свою тайну волшебница скрывала надежно. Еще девочкой Селена сбежала из родительского замка. Светская жизнь ее угнетала, предстоящее замужество и вовсе пугало. Она предпочитала бродяжничество, лишения и невзгоды — роскоши замков и дворцов. Волшебницу всегда привлекала магия, и после длительных скитаний девушка, наконец, нашла достойного учителя… Но сейчас эти гулкие звуки пробудили в ее душе воспоминания детства. Лес расступился, и северянин увидел впечатляющую кавалькаду. Впереди ехали трое юношей лет четырнадцати и оглашали окрестности надрывным ревом длинных металлических труб.

За ними двигались восемь тяжело вооруженных всадников, а за ними — еще целая толпа народа, не меньше четырех десятков человек. Конан заметил развевающиеся дорожные платья и высокие женские головные уборы. Радигес утроил целое представление. Похоже, досточтимому барону скучно, и он желает повеселиться…

Зингарцы остановились примерно в сорока шагах от чужаков. Глашатаи и воины тотчас расступились, и в образовавшийся проход двинулись четыре человека.

Впереди ехал высокий худощавый темноволосый мужчина лет сорока. Маленькая треугольная бородка, узкие усики, чуть впалые щеки, длинный с горбинкой нос, крупные черные глаза… Заостренный подбородок говорил об упрямстве, быстроте ума и чрезмерном властолюбии. На шее зингарца виднелся крупный красноватый шрам — наверняка, след от меча. Такие раны появляются тогда, когда клинок рассекает кольчугу и край шлема. В том, что это и есть барон Радигес, киммериец не сомневался. Взгляд у дворянина был злой, надменный, колючий. Он натянул поводья лошади и внимательно, бесцеремонно разглядывал путешественников. Из всех присутствующих мужчин только барон не носил доспехов, хотя варвару показалось, что под роскошной одеждой Радигеса скрывается тонкая кольчуга. Позади господина расположились три молодых человека в стальных латах. На поясе у каждого был меч и кинжал; кольчужный капюшон отброшен назад.

— Я барон Радигес Смелый, владелец этих земель, — громко и отчетливо вымолвил высокий зингарец. — С кем имею честь?

— Конан из Киммерии, — представился варвар. — Наемник и ловец удачи. Сейчас состою на службе у Великого Андурана, правителя Кироса. Это одно из самых сильных и богатых государств Шема.

— Я прекрасно знаю, где находится Кирос, — надменно сказал дворянин.

Северянин хотел произвести впечатление именем Андурана, но цели не добился. О могущественном волшебнике барон ничего не слышал. Что, впрочем, неудивительно. Король Кироса не стремился к славе и известности, а Зингара находится слишком далеко от Шема, тем более, ее северные провинции.

— Наемник, — подчеркивая это слово, произнес Радигес, — ты и твои люди нарушили границы моих владений. Само по себе, преступление небольшое. Но вы еще и налог не заплатили. А вот это уже серьезный проступок.

— Мы не знали, кому его платить, — ответил Конан.

— Тогда почему же вы так поспешно покинули деревню? — спросил барон.

— У нас очень много дел. Отряд стремился побыстрее добраться до Кордавы.

— А вот здесь кроется еще один вопрос, — на губах дворянина появилась ироничная усмешка. — Откуда вы взялись? Если бы приехали с юга или с запада, это было бы объяснимо. Но с севера… Неужели правитель Кироса хочет заключить союз с воинственными и дикими пиктами?

Шутка господина понравилась свите, и зингарцы дружно рассмеялись. Сам барон остался невозмутим. Лишь на губах застыла холодная ухмылка.

— Это, действительно, тяжело объяснить, — кивнул головой Конан. — Мы путешествовали по провинциям Аквилонии — Пуантену, Таурану, заехали и в Боссонские Топи. Король хочет наладить торговлю с богатыми северными правителями. После ряда удачных сделок, советник Андурана Исхад решил вернуться домой по морю, с посещением столицы Зингары Кордавы и большого шемского города Асгалуна. Наш отряд двигался по дороге вдоль восточного берега Черной, когда неожиданно на нас напали пикты. Откуда эти размалеванные убийцы появились на берегу, я не знаю. В завязавшейся схватке Исхад и большая часть воинов погибли. Дикари прижали отряд к воде. Был только один шанс спастись — построить плот и уплыть от неприятеля, что мы и сделали. Течением нас прибило сюда.