Тем временем к остановке подплыла маршрутка. Бен влез в тесное нутро; устало откинулся головой на спинку сиденья и прикрыл глаза. "Плыть" до дому еще минут сорок...

В кармане запиликал телефон. Бен торопливо вытащил его - Светка...

– Привет! Что? Плохо слышно... В маршрутке, домой еду. Да, прогулял сегодня. Что? А-а... Забыл совсем. Весь день мотался... Но квест выполнил!
– последнюю фразу Бен сообщил очень радостно.
– Все нормально... Завтра расскажу. Понимаешь, Свет, у меня еще кое-какие соображения есть, но разговор совершенно нетелефонный, а встретиться сегодня - никак... Я с голоду помираю и сплю на ходу. Говорю же, весь день бегал. За лекарствами послали... Что? А, да. Очнулся, все нормально, опасность позади. Ага, есть чем гордиться! Завтра расскажу... Да, пока! Целую!

Он опять пристроил голову на спинке сиденья и попытался отключиться от натужно воющего мотора и радио, бормочущего жизнерадостную ерунду. Все в порядке; многотрудный день почти завершен, и даже есть повод для радости; но Бен ощущал смутное беспокойство. Какая-то невнятная мысль мелькала в голове, но при попытках уцепить ее за хвост ускользала от внимания. А думать не хотелось - Бен просто очень устал. Хотелось набить желудок и завалиться на диван перед телевизором. Ну, на крайняк, прогуляться по форумам... Хотя Бен сомневался, что не уснет прямо перед монитором. А завтра, вообще-то, семинар по матанализу... А, плевать! Сегодня уже не до учебы.

Мысль благополучно ускользнула и притаилась. До завтра. Тем лучше оказалось для Бена - ибо если бы он таки додумался до того, что беспокоило его тихими толчками под бок, то еще одна бессонная ночь была бы ему гарантирована.

К счастью, сегодня отец пропажи денег не обнаружил, и вечер прошел без нервотрепки. Бен после ванны и ужина спокойно уселся перед экраном, начал было смотреть фильм, но уже минут через двадцать глаза стали слипаться. Он в полусне уполз к себе и повалился в постель, едва раздевшись.

Тем же вечером, как только Бен распрощался и побрел домой, Сергей Иванович вышел в коридор и набрал номер:

– Игорь Владимирович? Доброго вам вечера... Нет, с Ромкой все в порядке, состояние стабилизировалось. Тут вот какое дело... Мальчишка какой-то к нему приходил. Ну как мальчишка - парень, на вид лет восемнадцать, ну не больше двадцати. Я понятия не имею, кто это, и на всякий случай решил сообщить... Дело-то забавное - это тот самый юнец, который нашел Ромку в задрипанной больнице! Что значит "нашел"? А-а, сейчас расскажу! Мне его лечащий поведал...

...- Теперь видите, как оно все забавно вышло?! Представляете, взятку местному врачу за Ромку сунул! Ну и... Да-да... Номер свой он оставил. Сейчас я вам смс-кой перешлю.

Игорь Владимирович Шепелев сложил телефон и задумался. Некто неизвестный, увивающийся вокруг его сотрудника? Слишком юн, конечно, но кто его знает - может, из молодых да ранних? Короче, надо проверить, что за личность. Он переслал номер телефона Бена старшему оперативнику и отдал распоряжения, потом опять набрал врача:

– Сергей, проследи там, чтоб между этим парнем и Ромкой никаких контактов, пока я не разрешу. С Ромкой я сам-то завтра смогу поговорить? Слишком слаб еще? Ничего, я недолго, это очень важно. Завтра днем подъеду.

* * *

Распечатки с анкетными данными Беневицкого Вадима Семеновича Шепелев получил на следующий день. Биография кристально чистого, никогда, нигде и ни в чем не замешанного обывателя, к тому же из весьма приличной семьи: отец - известный в городе адвокат по уголовным делам. Крепкий профессионал; Шепелев был о нем наслышан. За свои услуги берет очень дорого, но способен выиграть почти любое, на первый взгляд безнадежное дело. Может быть, Вадима к Роману подталкивает Беневицкий-старший? Какие-то ниточки тянутся из ромкиного прошлого? Или наоборот, Роман недавно попал под подозрение? Нет, о таких вещах он сообщил бы сам... В любом случае, начинать раскопки надо с момента знакомства молодых людей. Конечно, заниматься этим будут оперативники, но прежде надо кое о чем расспросить Ромку лично.

– Стыд и позор!
– Шепелев, уперев руки в бока, прошелся по палате и остановился перед койкой.
– Просто позорище! Нарвался, как пьяный пэтэушник на кнопарь! Рома, я начинаю сомневаться в твоей квалификации...

–Они сбоку выскочили... Неожиданно... И вообще мелкие какие-то были, как подростки, - вяло оправдывался Роман, еле шевеля губами и после двух-трех слов останавливаясь на передышку.
– Потому я и не среагировал... Не успел, пока с большим махался. А один из тех потом нож в бок...

– А мясо в реку!
– огрызнулся Шепелев.
– Да хоть подростки, хоть младенцы! Ты должен на любого человека реагировать как на источник опасности!

Роман в ответ только чуть-чуть наморщил нос и повернул голову вбок, словно говоря всем видом: "Ну да, облажался, сам виноват..."

– Ладно, и на старуху бывает проруха, - примирительно сказал Шепелев; за годы работы с молчуном Романом он научился понимать подчиненного по одной мимике, почти без слов.
– Итак, он тебя пырнул, а что дальше было?