Дрова в костре прогорели, и Орселлин пристроила над угольями мясо для жарки. Нарезала на одеяле ковригу хлеба, очистила от шелухи несколько луковок. Книжник тем временем закончил заниматься лошадьми и вернулся к костру.

– Ночь проведем здесь, – сказал он, отламывая от краюхи кусочек хлеба. – Лощина глубокая, ветер нам не будет досаждать.

– А волки? – спросила Орселлин.

– Волки здесь не водятся. Их перебили еще двести лет назад. Одичавшие собаки иногда встречаются. Их много развелось после войны, и они нападали на людей, потому что привыкли питаться человеческими трупами. Я испугал тебя?

– Н-нет, – сказала Орселлин, а сама поежилась. – Просто холодно.

– Когда мясо зажарится, мы разведем новый костер, и тогда никакие хищники нам не страшны. Иди, оденься потеплее, я присмотрю за мясом.

Орселлин кивнула, направилась к седельным мешкам, лежавшим рядом с седлами и попонами. В одном из них отыскала подбитую мехом кожаную тунику, надела ее на себя и поспешила вернуться к костру. Рядом с Книжником она чувствовала себя спокойнее.

– Еще немного, – сказал монах, ткнув жаркое острием ножа. – У нас будет превосходный ужин. Нет ничего лучше куска жареного мяса, съеденного на свежем воздухе.

– Ты говорил о фамарах. – Орселлин все же рискнула разговорить своего спутника. – Я ничего не знаю о них. Что они такое?

– Зло. Абсолютное и беспощадное. Когда-то эта земля принадлежала им. Потом пришли предки нынешних санджи и одолели фамаров. Но они не исчезли окончательно. Укрылись в ночных тенях и ждали своего часа. Теперь этот час подходит.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю. Я же монах. Я прочитал древние книги о том, что однажды Тень вернется на землю. Это случится в тот день, когда весь мир будет охвачен войной. Фамары – часть Тени, и они возвращаются.

– Ты говоришь очень страшные вещи, брат Стейн.

– Не нужно бояться. Мир всегда был поделен на Светлую и Теневую Сторону. Испокон веков Свет и Тень ведут постоянную войну, и все мы участники этой великой битвы. Каждый получает право выбора – на какую сторону он встанет. И это правильно. Однако случается, что некоторым людям с момента рождения предопределено их место в этой битве. Если человек узнает об этом, его страх уходит, остается только чувство долга.

– Почему ты мне это говоришь?

– Потому что я ищу такого человека. Женщину, которая была избрана древними богами для противостояния Тени.

– Ты обо мне говоришь?

– Нет. Ее зовут Каста. Мне нужно найти ее. Такова воля богов.

– Не понимаю. – Орселлин почувствовала неожиданную и непонятную ревность. – Ты монах, человек, посвятивший себя Гелесу, и говоришь о каких-то богах?

– Тебя это удивляет? Гелес – всего лишь одно из имен, под которым известен Отец всех древних богов. Тех, кто когда-то создал этот мир и управлял им, пока не пришли времена забвения. Сегодня лишь очень немногие помнят об истинных богах. А боги никогда не забывали о людях, старались им помогать. Только вот власти прежней у них не было. У них остался только один способ влиять на судьбы мира – искать героев. Или тех, кто может стать героем… О, кажется наш ужин готов!

Книжник снял с огня вертел, ловко нарезал горячее сочное мясо на глиняной тарелке. Орселлин показалось, что никогда в жизни она не ела ничего более вкусного.

– Хорошая говядина, молодая, – сказал Книжник, прожевав первый кусок. – Сейчас бы уксусу немного. И чесноку. Погоди-ка!

Книжник вытащил из своей сумки большую кожаную флягу, отвинтил пробку, плеснул из фляги в кружку и подал Орселлин. В кружке было крепкое темное пиво – излюбленный напиток айджи.

– Это лучше, чем пить воду, – сказал монах. – Не любишь пиво?

– Не очень, – ответила Орселлин. – Но это пиво хорошее, в самом деле.

– Ну, я тоже выпью глоточек. Твое здоровье, Орси!

– А эта женщина, Каста – зачем она тебе?

– Это долго рассказывать. Если в двух словах, я должен помочь ей, а она поможет мне. Вместе мы сможем покончить с войной, которая терзает эту землю и не допустить возвращения фамаров из Тени.

– Как все странно! – вздохнула Орселлин. – Еще недавно я ничего не знала о фамарах, о Тени, о древних богах. Просто жила в своей деревне, гуляла с подругами, встречалась с Рейнсом, мечтала о счастливом замужестве. А потом… И что будет, когда ты найдешь эту женщину, Касту?

– Я кое-что отдам ей. А взамен попрошу ее о помощи.

– А я тебе зачем?

– Хороший вопрос, – засмеялся Книжник. – Думаю, в этом тоже проявилась воля богов. Твое появление в Гойлоне совсем не случайно. Я почти уверен, что ты тоже из тех людей, которых древние боги наделяют особой судьбой.

– Особой судьбой? – Орселлин почувствовала раздражение и обиду. – Мою деревню вырезали до последнего человека. Погибли все, кого я знала и любила. Нэни Береника отправила меня к тебе, а ты даже не можешь толком мне сказать, для чего я тебе нужна?