Смотри-ка, подчинились! Чей-то они? Я топал вслед за пятеркой, а по правую руку ко мне пристроился второй лучник.

– Дальнобойный?
– кивнул я на его гнутую в четыре загиба деревяшку.

– Сто шагов.

– У меня слабее, да и стрелы легкие взял. Встанем в пятидесяти шагах, бьем вразнобой и вперед за мужиками. У меня тридцать стрел, и когда пойдем, держись от меня подальше - у меня размах большой.

– Ясно, буду держаться в стороне или позади, добивая раненых - у меня только короткий меч и кулачный щит. И четыре десятка тяжелых стрел...

– Ты вообще откуда?

– Из земель Курангала, с купцом в соседний Мир товар несу, а ты?

– А я с Земли. Курангал это Бог?
– кивок - Ясно, у моей земли много богов, но я ушел искать лучшей доли.

– Сам? Ты маг?

– Где-то так, но совсем еще ничего не умею, так что не ожидай от меня огня с небес или лавины камней. Когда разговор доходит до драки, я полагаюсь на свои руки и то, что на тот момент в них есть. Все, место, готовься!
– я воткнул фламберг в землю, достал пучок стрелок и стал располагать их в ряд с интервалом в ладонь.

– Может на тот холм поднимимся?
– напарник-соратник указал на небольшую возвышенность слева метрах в ста от нас и господствующую над лагерем.

– Там наверняка ночная стража и может быть засада на случай вылазки. Мы и так выше их шатров за счет того, что крепость на холме стоит.

Напарник, наконец занялся делом - распечатал свой колчан и воткнул перед собой три довольно толстые черные стрелы, а четвертую наложил на тетиву. Я с сожалением про себя посетовал о том, что нет просмоленной пакли и зажигалки. Нет, кремень с теркой у меня есть, но это не то... Или то?

– Подожди-ка, - я порылся в набедренном кармане, где лежал набор для экстренной помощи и с довольной ухмылкой вытянул оттуда марлевый бинт, несколько ватных тампонов и полупустой флакон со спиртом. Все это я поделил попалам и быстренько из своей части и легкой стрелки изготовил ночной боеприпас-трассер. Так называемые "зажигательные" стрелы при ночном обстреле служат не для поджига крыш, а скорее как индикатор правильности выбора возвышения и упреждения. Попробуйте во тьме ночи увидеть летящую тонкую палочку! А с тлеющей и разгорающейся в полете паклей из стрелы получается этакий светлячок.
– Пристрелочный будет, - объяснил я свои манипуляции призванному охраннику купца.
– Есть у тебя кресало? За моим долго и далеко лезть.

– И так справлюсь, - мужик быстро приладил распушенные тампоны к наконечнику и несколько раз обернул их бинтом. Потом по моему примеру окропил оставшимся спиртом и жестом попросив у меня мое изделие закрыл глаза и сосредоточился. Спустя секунду обмотка стрел начала тлеть и вдруг вспыхнула почти невидимым в ночи спиртовым пламенем. Завоняло паленым.
– Держи.

Я принял у него свою стрелку, вложил ее в прорезь и с отшагом правой ногой назад оттянул тетиву блочника. Два штырька на открытом прицеле на расстоянии вытянутой руки были вполне хорошо видны и в обычную лунную ночь, а "баф" вообще превратил окружающую тьму в синеватые сумерки с пульсирующими красными силуэтами живых существ. Так что я с удобством взял возвышение для выстрела на пятьдесят шагов, совместил прицел с одним из красных пятен у границы шатров и толкнул в лук через левую руку Силу. В момент выстрела ведущая рука чуть изменила положение и золотистый росчерк-дуга уперся своем концом точно в цель. Напарник выстрелил через пару мгновений после падения моей стрелы. Опять светлячок метнулся к лагерю, но в этот раз уткнулся в купол крайнего шатра.

– Зачем?
– спросил я, накладывая вторую стрелу и возвращая руки в найденное удачное положение. Ноги я вообще не двигал.

– Огонь моей души не потухнет и найдет себе пищу по вкусу. Скоро пускать смертоносных посланцев станет легче.

– Угу, - треньк!.. Я пускал стрелы с исполнением "полного ритуала" (на точность, а не на скорость), то есть, оттягивая тетиву до щелчка кликера (на этих самоделках он на начале обмотки наконечника работал), посылая в лук импульс Силы и доставая следующую "тростинку" из колчана, а не из земли перед собой - их очередь придет если нас обнаружат и атакуют. Целями я избирал относительно небольшие красноватые силуэты, рассудив (и вспомнив "собачек"), что призванная живность может доставить нам больше неприятностей, нежели люди. Последние ночью предпочитают спать и что бы раскачаться им нужно некоторое время.

Пятерка наших соратников тем временем не спеша дотопала до линии крайних шатров и замешкалась - не хотелось им ввязываться в бой.

– Лучше бы им начать действовать, - пробормотал напарник, посылая очередную оперенную смерть.
– Клятвопреступников никто не щадит, даже если клятва дана не истиной богине... Пока мы в ее полной власти - в ее мире и под ее благословением. Пора бы им начинать, - повторил он.

Я глубокомысленно промолчал, сосредоточившись на зачистке сектора - при удачном попадании силуэты на мгновение вспыхивали и затем медленно меркли. Иногда от них доносился короткий взрык или тихий скулеж. Тревогу в лагере осаждающих не подняли только потому, что мужик справа от меня снял всех ближайших часовых.

Наконец, кто-то из пятерки бойцов решил стать первым и что-то воодушевляющее проорав, побежал к центру войсковой стоянки. Сначала за ним отправился второй... с отставанием на шаг или два третий...и вот уже порыв захватил самых туго думающих. Как по заказу, одномоментно вспыхнул конус полога шатра, в который попал "светлячок" напарника. Вкупе с действиями пятерки наших соратников это ввергло лагерь во все разрастающуюся суету, если не панику. Кстати осаждающих было совсем немного - всего сотня или две - и большинство из них сейчас были неодоспешены. Народ метался в зареве горящего шатра и занимающихся связок хвороста, сталкивался, тут же вспыхивали драки и поножовщина - крайние шатры занимали самые бедные и от того злые и недисциплинированные воины. Свою долю сумятицы вносили поддавшиеся общему настроению твари всех размеров, мастей и видов. Не знаю уж, что Призывающие за алгоритмы животинам в мозги вставляют, но кусали и драли они всех и каждого вокруг себя.