– Помню, – согласилась Сашенька, устраиваясь напротив старика. – Был такой, пухленький, суетливый. Потом ругался еще на околице, что только зря по буеракам машину колотил.

– Точно-точно, о нем и толкую… Так на днях он из бани возвращался и на первом же повороте с соснами бодаться вздумал… Сосны выстояли, а он и машина – в лепешку… В ад бедолагу не пустили, говорят, у них и без того мусора всякого накопилось, не продохнуть. В рай он даже и подняться не смог – столько на душу принял за прожитое… Приплелся сюда, на жизнь жаловаться. Засел в подполе и стонет, бестелесный…

– А проблема в чем? – удивилась девушка, аккуратно выгребая остатки гущи из тарелки. – Ну призрак, эка невидаль. Может, немного занудный, так и не такие гости бывали. Выпроводить, и все дела.

– Жалко, – потупился чернокнижник. – Я никак вспомнить не могу, шептал ли что ему вслед, когда он уезжал, или нет… Думаю, не я ли косвенно в его смерти виновен…

– Знаешь, если бы ты за каждого пьяного был в ответе, у тебя бы здоровья не хватило проклятия раздавать! – рассердилась Сашенька. – Погостит день-другой твой бывший депутат – и пусть гулять идет, в город или еще куда. Нечего ему в деревне делать, здесь мигом к батюшке сволокут, а тот на изгнании духов руку уже набил благодаря тебе.

Старик помялся, потом нагнулся и тихо прошептал:

– Знаешь, он бы и рад уйти, да жадность его держит… Я тут как-то горшок разбил, в котором египетское золото хранилось. Лет триста назад путешествовал по Африке, прихватил с собой – так горшочек и валялся. А на днях брагу переливал и ненароком хлопнул… Что-то собрал, но часть монет так на полу и валялась… Ну мне-то что, лежат и лежат… Одну даже Михалыч на память взял, очень ему морда отчеканенная понравилась. Так этот призрак недоделанный как золото увидел, так и засуетился. Карманов у него нет, поэтому он наглотался кругляшей и сидел, довольный, на бочке. Посветишь на него лампой, а от пуза зайчики по всему подвалу скачут…

Усмехнувшись, мистер Данбартоншир покосился на люк, ведущий в подпол, и продолжил:

– Только забыл, бедолага, что с монетами через стены не пройдешь. И теперь тыкается внизу, а выбраться не может. Уже и с разбегу пробовал, и потихоньку – все никак не выходит. А монеты отдавать жалко… Вот и сидит… И боюсь, что так просидеть он и месяц, и два, и год сможет…

– Мне не жалко, – отмахнулась ученица, убирая грязную посуду со стола.

– И мне… Но занудный он слишком. И Михалыча жалко. Как заглянет в гости да в подпол за брагой полезет… Нет, он мужик нервами крепкий, староста деревни как-никак. Да и повидал у нас всякого… Но призрак в подполе – это уже ни в одни ворота не лезет. Да и не замок у нас, чтобы всякие духи по углам сидели… Вот и не знаю, что с ним делать.

Бывший депутат оказался не только занудным, но и мелкопакостным. Не имея возможности удрать с «позаимствованными» деньгами, он стал всячески досаждать хозяевам избы. Сквашивал свежее молоко, норовил пихнуть под локоть в самый неожиданный момент, назойливо звенел золотом ночи напролет и просто старательно отравлял жизнь окружающим. Дело дошло до того, что миролюбие мистера Данбартоншира закончилось, и он решительно отдал призрака в крепкие руки командира трудовой мертвой армии:

– Держи, оберст. Вы к одному виду относитесь: что скелеты, что духи неупокоенные. Разберешься… Задача – добыть кровно заработанное, потом можно будет и спровадить незваного гостя. Половина монет – твоя.

Бравый вояка отсалютовал и уволок в недавно отстроенный бункер пленника. Уволок, чтобы через неделю вернуться обратно и развести руками:

– Дикий субъект, Карлович. Что только с ним не делали, не помогает. Готов погибнуть, но захваченное не отдаст. Правда, можно с ним разобраться кардинально, но тогда и награбленное сгинет.

Мистер Данбартоншир недовольно поджал губы и двумя пальцами взял измочаленного призрака:

– Чтобы я из-за этого недоразумения, не сумевшего как следует умереть, египетскую добычу потерял? Вот еще!

И колдун достал с полки свои самые ужасные книги, к которым запрещал даже прикасаться любознательной ученице.

Через месяц инфернальных сполохов, распугавших всю округу, великий и могучий гений потусторонних наук сдался. В борьбе с жадностью и упрямством победу одержать не удалось. Пятнадцать тускло блестящих монет остались глубоко запрятанными внутри изжеванного гостя. Даже приглашенная на посиделки Смерть не смогла его заставить отдать чужое золото.

Сашенька, большую часть времени старавшаяся не попадать взбешенному колдуну под руку, решилась узнать, каких успехов он достиг. Выслушав экспрессивную характеристику на бывшего депутата, девушка улыбнулась и переспросила:

– И это вся твоя проблема? Убивать призрака жалко, а без твоего золота он и уходить не хочет?.. Тоже мне нашел о чем печалиться… Слушай, что я придумала…

Выслушав помощницу, мистер Данбартоншир почесал затылок, потом усмехнулся и достал с полки стопку бумаги с чернильницей. Нацарапав несколько слов, сунул бумажку в карман и откинул крышку подпола, куда временно сослал заключенного: