Далеко за полночь великий кудесник и дипломированный специалист магических наук, почетный и уважаемый мистер Данбартоншир тихо поднялся с пуховой перины и неслышной тенью прокрался к двери в соседнюю комнату. Там жила любимая ученица, девушка во всех отношениях здравомыслящая, талантливая и работящая. К сожалению, в последнее время молодая хозяйка ходила сама не своя, но упорно уклонялась от разговора по душам, что сильно беспокоило колдуна. Он даже попытался незаметно погадать на судьбу, тасуя свежераспечатанную колоду, но карты упорно путались, вторя столь же сумбурным мыслям старика.

Осторожно постучав, мистер Данбартоншир приоткрыл дверь и тихо спросил:

– Сашенька, чего плачешь? Что стряслось?

Девушка промолчала, но упрямый чернокнижник решил не сдаваться, вошел и пристроился на краешке кровати:

– Давай рассказывай. Мы все же родные люди, с кем еще бедой-кручиной поделиться? Кто еще помочь сумеет?

Хрупкая ладошка осторожно смахнула слезинку, и еле слышный голос произнес:

– Дедушка, у меня мальчик будет… В конце лета… Ты нас не прогонишь?

Колдун не понял и удивленно переспросил:

– Мальчик? Откуда?..

Девушка испуганно сжалась и прошептала:

– Я в город ездила, к подруге. С молодым человеком познакомилась… Думала, он хороший, честный… А вышло по-другому… Но ты его не ищи, я все пути-дорожки разорвала, все воспоминания запутала… Пусть живет как знает, мне до него дела больше нет… Только ты не прогоняй…

Мистер Данбартоншир долго молчал, потом осторожно погладил Сашеньку и вздохнул:

– Горюшко ты мое неразумное… Сколько уж вместе под одной крышей прожили, а все никак поверить не можешь, что здесь твой дом и никто тебя обратно на улицу не прогонит. В моей семье родственниками не разбрасываются, как бездомными котятами… Даже не думай…

Аккуратно поправив одеяло, колдун ласково улыбнулся и пробормотал:

– Мальчик, говоришь? Значит, внук у меня будет. Внучек… Это хорошо… Если в тебя пойдет, славным волшебником вырастет… Спи, не волнуйся, все будет хорошо. Давно бы сказала, и плакать бы не пришлось… Спи, отдыхай…

Аристократического вида дама аккуратно провела точильным камнем по краю косы и осторожно потрогала кромку. Потом спросила, не оглядываясь:

– Что встал, как будто чужой? Проходи, садись… У вас там под солнцем очередные идиоты войну начинают. Приходится готовиться…

– Да-да, дела, заботы, – невпопад ответил мистер Данбартоншир и замялся, пытаясь подобрать слова.

– Не тяни, занята я. Что стряслось?

– Внук у меня будет! – огорошил Смерть чернокнижник. – Вот, попросить хочу…

– Внук? – Дама удивленно вздернула бровь. – И как это вышло? Мальчика где-то нашел, в ученики определить хочешь?

– Нет, – досадливо дернул плечом гость. – Дочка моя приемная мальчика ждет. В конце лета родить должна. Вот я и хочу попросить…

Фарфоровое лицо расползлось легким дымом, обнажив оскаленный череп:

– Знаешь, колдун!.. Сколько тебя знаю, но чтобы ты с этим ко мне пришел! Когда я детишек встречаю, готова весь глупый мир лично уничтожить за столь вопиющую несправедливость… А ты хочешь, чтобы я Сашеньку так обидела, невинную неродившуюся жизнь отняла?! – Смерть медленно встала и замахнулась косой: – Да я быстрее…

– Ты о чем? – не понял невыспавшийся старик. Потом сообразил и вскочил, вцепившись худыми руками в накидку собеседницы: – Что?! Да я тебя за мою доченьку, знаешь!.. Я тебе!..

Дремавший в сухих кустах демон приоткрыл один глаз и лениво посмотрел в ту сторону, откуда доносились крики. Потом вскочил, выпучив глаза, и похлопал себя по морде, чтобы убедиться в реальности происходящего. Еще через мгновение он уже материализовался рядом с Люцифером, горячо нашептывая ему на ухо:

– Конец света наступил! Честно-честно, хвостом и рогами клянусь! Проклятый колдун и хозяйка Стикса сцепились насмерть! Только клочки по закоулкам летят!.. Конец света, не иначе!

Через полчаса уставший мистер Данбартоншир сидел на опаленном огнем камне и, тяжко отдуваясь, зло косился на огромную фигуру в изодранном плаще. Смерть аккуратно заматывала изолентой сломанную рукоятку косы и осторожно трогала челюсть, проверяя сохранность шатающихся зубов. Потом убрала пострадавший инструмент и покаянно склонила голову:

– Извини, Карлович, это я заработалась. Ляпнула, не подумав… Действительно, сколько тебя знаю, как мне могла такая мысль привидеться… Говори, что именно хочешь?