Когда второй эсминец приказал долго жить, Горберг нанёс по уцелевшему ментальный удар, погрузив весь его экипаж в глубокий сон. С тремя сразу он бы не справился, опыта пока недоставало, но один вполне мог потянуть. Этериэ пытался сопротивляться чужому воздействию, однако надолго мага не хватило, и он тоже уснул. Учёный ощутил в его сознании отчаяние и безнадёжность, как будто произошло что-то очень страшное.

Сообщив о своих действиях десантникам, Владимир Олегович вздохнул. Теперь осталось только ждать, пока пленных эльфов доставят на борт «Тёмного Дара». Необходимо их допросить, чтобы выяснить причину такого ужаса перед «высшими». Видимо, перворождённые уже сталкивались с кем-то похожим на мастеров Пути Жизни, и впечатления от этой встречи у них были далеки от приятных. Непонятно ещё, почему эльфы столь агрессивны. Откуда у них взялась уверенность в своём превосходстве над другими? Откуда взялась эта непробиваемая надменность? Почему считают свой путь единственно верным?..

От бортов «Тёмного Дара» отделились сотни наномодулей и двинулись к потерявшему управление эсминцу. Чтобы взять под контроль его управляющую сеть, им много времени не потребовалось — по земным меркам, эльфийские компьютеры были на удивление примитивны, имели множество ограничений. Подозрения Вайта подтвердились — корабль оказался очень старым, его построили, по первым прикидкам, около десяти тысяч лет назад. И всё это время он провёл в консервации. Расконсервировали эсминец, судя по данным в главных накопителях информации, всего несколько дней назад. Причиной этому, похоже, стало обнаружение на орбите «Тёмного Дара», экипаж которого и не думал скрывать свой корабль, считая, что никто на планете не обладает нужной аппаратурой, чтобы заметить его. Ошибались — обладает. И неизвестно, что ещё сохранили перворождённые.

Эсминец пристыковали к земному кораблю, спящих эльфов переправили в каюты, откуда выйти без разрешения Лео они не смогут. Экипаж оказался совсем невелик, всего десять разумных. Что странно, двое из них были гномами. Заплетённые в косички бороды выдавали происхождение из колена Строри. Этериэ, в отличие от остальных, принесли в кают-компанию, где пристегнули к креслу ремнями. После этого Горберг разбудил его, подтолкнув к откровенности направленным ментальным посылом в определённые мозговые центры. Эльф открыл глаза, обвёл взглядом незнакомое помещение и закусил губу, замычав от отчаяния.

— Ваши способности блокированы, уважаемый, — проинформировал учёный. — Ну, и зачем вам понадобилось это идиотское нападение? Глупо ведь. Неужели не знаете, что за всё и всегда воздаётся?

— Ну, конечно! — брезгливо сощурился этериэ. — Высшие с их законами равновесия, воздаяния и прочей дребеденью!

— Незнание закона не освобождает от ответственности, — заметил Горберг. — Тем более, если это Божий закон. Или закон природы, если угодно.

— Один раз вы уже обманули наш народ! — глаза эльфа горели ненавистью. — И он изгнал нас, своих правителей, свою душу, свою основу! Больше не выйдет! Не заставите принять вашу фальшивую доброту!

— Фальшивую доброту? — приподнял брови учёный, удобно устраиваясь в кресле напротив. — Разве доброта бывает фальшивой?

— Ещё как! — горько рассмеялся этериэ. — Доброты вообще не должно быть, она не предусмотрена природой. Выживает только сильный — это закон жизни.

— Может ещё, и жестокий? — насмешливо спросил Горберг. — А то и подлый?

— Это признаки истинной силы.

— И как вам это существо, Викентия Михайловна? — по-русски спросил старый учёный у Осоковой, потерянно замершей у входа.

— Мне страшно, Владимир Олегович… — едва слышно ответила она. — Это же чудовище какое-то…

— Именно, что чудовище, — вздохнул Горберг. — Но информация интересная. Судя по словам этериэ, здешние эльфы — потомки изгнанных правителей и их приспешников. Впрочем, об этом же упоминал Зеан Тёмный, но тогда я не обратил на это внимания. Видимо, эти господа проводили дома такую же политику, как и здесь, пока это не встало народу поперёк глотки.

— Да, другого вывода не сделаешь, — согласилась профессор. — Но данных слишком мало.

— Ещё Зеан говорил об одной любопытной эльфийской легенде, повествующей о так называемом Вечном Лесе, растительном симбионте эльфов. Надо бы прояснить этот момент.

Горберг задумчиво пожевал губами и вернулся к допросу. Немного подумав, он спросил:

— Значит, по-вашему, победитель всегда прав? Что бы он ни натворил?

— Да! — гордо бросил этериэ.

— Не сходится, уважаемый. Тогда правы изгнавшие вас, ведь они победили.

— Ложь! — буквально взорвался эльф. — Это вы, высшие, их обманули! Это вы заставили их принять чуждые ценности! Не может нормальный разумный думать о других! Доброта и альтруизм — признаки безумия и вырождения!

— Хорошо же вам промыли мозги… — с неким даже восхищением протянул Горберг. — Качественно!

— А может, вам? — осклабился этериэ.

— Тогда почему мы развиваемся, а вы стоите на месте? Почему вы ещё не превратились в могучую цивилизацию, оставшись полудикарями? Даже корабли у вас очень старые.