— Это точно? — спросил Демичев.

— Точно! Сколько раз наблюдал, как они туда топали.

— Давайте брать, сейчас же. Собирайтесь, — велел Демичев.

Нонавцем повезло. Они еще подъезжали к нужному им дому, когда, буквально у них на глазах к нему же свернул высокий парень с характерной, загребающей походкой и типичной сутулостью.

— Во, что я вам говорил! — сразу оживился Костя.

— Так, давайте чуть подождем, а потом зайдем, посмотрим, какие они там мультики смотрят, — велел Демичев.

Через пять минут они ворвались в дом, снеся входную дверь. «Вошли» они как раз вовремя. В доме стоял противный запах уксусного андигрида, а гость сидел по пояс голый, с перетянутой жгутом рукой. Увидев нежданных гостей, парень скривился и попросил: — Начальник, дай хоть ширнуться на дорожку, а то у меня уж все готово.

— Я тебе не служба спасения! В МЧС звони! — отрезал Демичев. — Одевайся, поехали.

Зубаревская и Жора подъехали к дому как раз в тот момент, когда всех обитателей дома, в том числе и гостя Петю, сажали в милицейский Уазик.

— Это еще что за хрень? — удивился Жора. — Куда это они их?

Софья с Демичевым лично была не знакома, тот был в городе человеком новым, но начальника ОНОНа в лицо знала.

— Суки, это же они Ленчика и Макуху взяли!

— А Петя тут причем?

— Не знаю.

Она дернулась, было выйти из машины, но потом передумала. Под сиденьем у ней были пять чеков с наркотой. Если Демичев пойдет на принцип, то может посадить и ее.

— Ладно, поехали дальше. Черт с ним!

Через полчаса после отъезда цыганки к дому по улице Ломоносова подъехала машина Алексея Шаврина. С ним были Зудов и Демин. Участковый Зуев все же нашел адрес дома, где держали Петю Паршина и позвонил Колодникову. Убедившись, что в доме никого нет, Шаврин доложил об этом Колодникову.

— Ладно, возвращайся. Похоже, они его уже убрали. Опоздали!

Последние три адреса в списке риэлтеров находились в Синевке, деревне, давно и прочно слившейся с Кривовым. Подполковники нашли нужный им адрес, но вместо дома обнаружили свежее пепелище.

— А ведь только что сгорел дом то, — заметил Косарев, первый выбравшийся из машины.

— Да, похоже, этой ночью, — согласился Мазуров. — Еще дымится.

— Этот дом мой босс уже не купит.

— Откуда ты знаешь?

— Ну, его же не продашь. Кому нужно это пепелище?

Они простояли у пепелища минут пять, и когда уже собирались уезжать, к ним подъехал мотоцикл с коляской. За рулем сидел человек в милицейской форме. Это был Андрей Мысин, местный участковый.

— О, а мне сказали тут чужаки по пепелищу бродят! — удивленно сказал он. — А тут, оказывается, свои.

— Здорово Андрей. Так кто тебе что сказал? — спросил Косарев.

— Да уж позвонили, сообщили, что чужаки в деревне. Ходят, вынюхивают.

— Какие у тебя жильцы сознательные.

— Будешь тут сознательными. Шестой дом за месяц загорается.

Подполковники удивились.

— Шестой? Это почему так много.

Мысин усмехнулся.

— А вот ты догадайся с трех раз.

— Поджигают? — предположил Мазуров.

— Именно! Сегодня вот, тетя Маша еле из дома успела выскочить. А потом с ней плохо стало, в больницу увезли.

— А зачем поджигают то? — спросил Косарев.

— Как зачем? — Мысин говорил с ними, как с неразумными детьми. — Место то золотое. Тут до речки пятьдесят метров, газ проведен, водопровод по улице идет, врезаться можно. И, самое главное — канализация.

— И что? Канализация — главное? — не поверил Мазуров.

— Дерьмо всегда было главным, вспомни все наше милицейское начальство за последние десять лет?

Мазуров поморщился. Он не любил шуток во время работы.

— А ты сам прикинь. Не нужно нужников строить, сантики копать. Тут идет большая труба со всего города, диаметр почти метр. Врезался туда, и никаких проблем с сортиром. У нас такое место единственное по всей округе. Вон, — он показал рукой на виднеющийся вдали трехэтажный дом из красного кирпича, больше похожий своими формами на замок. — Вон, Саша Стасов какой себе домик забабахал! Он первый про это прочуял. Рядом с ним там двое себе дома строят, и тут уже два азера участки откупили. А для того, чтобы выжить жильцов и сбить цену они и поджигают дома.

— И что, никто из них в милицию не обращался? — не поверил Косарев.

— Ну, как это не обращались! Обращались. Только бестолку. Ловить надо поджигателей, а тут я один не справлюсь.

Мазуров все недоумевал.

— А они что, эти погорельцы, все продают? Что, никто больше отстраиваться не хочет?

— Так они тоже не дураки, те, кто этой херней занимается. Они выбирают одиноких старух, или у кого родни мало. Вот, у тети Маши только дочь в однокомнатной квартире с двумя детьми. Что она, будет этот дом отстраивать? Кинут ей сейчас на комнату в коммуналке, тысяч сто, и все.