– Анатолий Иваныч! Слышишь меня?
– наклоняясь над Рыжовым, хрипловатым, прокуренным голосом уже в третий раз повторил он.

– Что?
– с трудом раскрывая глаза, отозвался участковый.
– Кто это?

– Я это, Колодников.

– А, Андрей.

– Кто это был? За что он тебя поранули?

– Не знаю... вроде видел его раньше, но никак не вспомню... где.

Колодников с досадой поморщился. Перепуганная медсестра не запомнила лицо бандита, да и остальные свидетели припоминали самые общие приметы: высокий рост, худобу, одному бросились в глаза многочисленные синие наколки на пальцах, так называемые "перстни", второму - чересчур короткие волосы. Ни по одной фотографии "спецконтингента" из картотеки ГОВД тот парень не был опознан. По показаниям тех же свидетелей, он, выскочив из здания больницы, перебежал улицу, прыгнул в синюю "десятку" и уехал. Номер машины, естественно, никто не заметил. Задержать убийцу по цвету и марке машины было практически невозможно. В Кривове была мода на синие "десятки". Их покупали все, и предприниматели, и бандиты. Благо Тольятти был совсем под боком. Проверку машин Колодников не исключал из списка оперативных мероприятий, хотя и понимал, что поиск в этом направлении будет длительным.

Он раздумывал, что бы еще такое предпринять, когда раздался слабый голос Рыжова:

– По-моему... он был обколотый.

– Точно?

– Да... и хорошо обколотый. Глаз у меня наметанный.

Чуть помолчав, капитан добавил:

– Это кто-то из старых клиентов. Только никак не вспомню кто... но точно не по моему участку.

Участковым Рыжов служил двадцать с лишним лет, и его словам Колодников полностью доверял.

– Может, кто вернулся из старичков... слишком он худой... как с зоны...

– Ладно, Иваныч, поправляйся.

В коридоре Колодников столкнулся лицом к лицу с заведующим хирургическим отделением Арсением Топляковым. Лучший хирург города выглядел усталым: после Мелешкина он провел еще одну сложную операцию.

– Ну, как ваш товарищ?
– спросил хирург.

– Да вроде все нормально.

– Ему повезло: чуть повыше, и задел бы сердце. Говорят, он у спел подставить руку, а то бы вообще было плохо.

Они вышли на лестничную площадку, и оба автоматически закурили. Топляков прищурился, потер висок и сказал:

– Знаете, что меня удивило в случае с вашим коллегой? Точно такую же рану я видел во время обхода у той девушки, Орловой.

– Что значит - точно такую же?
– удивился Колодин.

– Узкое лезвие, удар в область сердца. Специфический след.

В голове майора что-то словно щелкнуло.

– Постойте, а где он нашего капитана подранил?

– Около восьмой палаты.

Выкинув только что прикуренную сигарету, Колодников рванулся обратно в отделение. Вслед за ним последовал и удивленный хирург.

– Здесь?
– спросил он в конце коридора. За палатой номер восемь была металлическая перегородка через весь коридор, с дверью без надписей и цифр.

– Да.

– А дальше у вас реанимация, - Андрей ткнул пальцем в дверь без номера.

– Именно так.

– И там лежит Орлова?

– Естественно.

Колодников покачал головой.

– Кое-что становится ясным. Орлова подключена к каким-нибудь стационарным аппаратам?

– Насколько мне известно, основные реанимационные процедуры уже проведены. Она по-прежнему без сознания, но это не кома. Просто большая потеря крови. А черепно-мозговая травма оказалась не так страшна. Трещин нету, гематом тоже. Просто сильное сотрясение мозга.

– Ее можно перевозить с места на место?

– Да, только осторожно.

– Тогда срочно нужна отдельная палата, желательно на другом этаже. Найдете?

– Поищем, - не удивился Топляков.

– Надо перевести туда Орлову, и мы выставим около нее охрану.

– Вы думаете, этот парень прорывался к ней?
– спросил хирург.

– Получается, что именно к ней, - подтвердил сыщик.

Не прошло и часа, а Ольга Орлова уже лежала этажом выше, в травматологии, в небольшой одноместной палате. Колодников же давал подробнейший инструктаж родителям Мисс Кривов.

– Вы будете здесь постоянно?
– спросил он.

– Да, конечно, - сказала Анна Владимировна.

– Тогда предупреждаю: все должно быть под вашим контролем: лекарства, шприцы. Все процедуры - только под вашим контролем. Лекарства набирать в системы и шприцы только здесь, никаких шприцов со стороны.

Орловых слова майора напугали.

– Это что, так серьезно?
– спросил отец.

– Более чем. Охрану я постараюсь прислать как можно быстрей, - в этот момент оперативник увидел в коридоре знакомую долговязую фигуру Астафьева.
– О, как вовремя!

– Юрий, иди сюда! Ты что тут делаешь?
– спросил Колодников, пожимая руку лейтенанту и отводя его в сторону.

– Да одного типчика навещал в третьей палате. Три дня назад проломили ему черепок, с тех пор не помнит, кто он и откуда. Документов нет, а тут как раз ориентировка о пропаже одного мужика из Волжанска.

– Ну и как? Он?
– поинтересовался Андрей.

Астафьев махнул рукой:

– Ничего похожего. Расхождения по всем параметрам. Возраст только сходится.