— Откуда взялись птицы вчера вечером? Почему Пиджибиджи умер такой странной смертью?

— Невидимая битва с нашими врагами не прекращается ни на мгновение, — объяснял Мейбанг. — Старейшины — наша первая линия обороны. Человек-Пушка был самым сильным. Когда возраст и усталость ослабили его, оборона была прервана.

Честер кивнул.

— А внутренности? Кто мог это сделать? Какой-то червь?

— Нет. Это очень плохая вещь. Изибиджи. Призраки.

— Призраки. Суффикс «биджи» означает «человек», — пробормотал себе под нос Честер и продолжил уже вслух: — Наши враги могут управлять душами своих мертвых?

— Нет, — покачал головой Мейбанг. — Не управлять. Они союзники. Действуют заодно.

— А души ваших мертвых помогают вам?

— Могут, если призыв будет достаточно силен. У меня есть знания, но не силы.

— Тогда все в порядке. Сила у нас есть, а знания — дело наживное… — голос Честера опять стал тихим, но тут рука Джины легла на его плечо и вывела из задумчивости. — Хорошо, уходим отсюда поскорее, пока не случилось еще что-нибудь. Мэри-Эм, я хочу, чтобы ты пошла впереди, вместе со мной. Олли и Бован сзади. Всем остальным быть начеку.

Игроки вскинули рюкзаки и, бросив последний взгляд на скрюченное тело Пиджибиджи, выстроились в цепочку. Когда они исчезли из виду, засветился один из экранов Мицуко, на котором были видны пробирающиеся сквозь джунгли игроки. На экране Ричарда осталась деревня. Одно движение пальцем — и тело Пиджибиджи, два помощника и молчаливые старейшины исчезли.

— Внимание! — заговорил Лопес в микрофон. — Эта часть игры закончена. Те из вас, кто задействован в эпизоде с агайамбо, должны немедленно переодеться. Остальным спасибо. Отличная работа.

Две дюжины туземцев — мужчин, женщин и детей — зааплодировали.

Откуда-то появились бесшумные электропоезда, из которых выскочили рабочие и принялись разбирать деревню. Примерно половина актеров уселись в вагончики и тут же уехали. Остальные ждали следующего рейса.

Голограмма исчезла, и Ричард Лопес повернулся к Майерсу.

— Первая возможность убить кого-нибудь из персонажей представится через сорок минут. Сначала пусть подойдут поближе к болоту, — он прищелкнул пальцами. — Знаете, я предусмотрел в игре достаточно много коварных ловушек, но то, что я должен сделать сейчас, уж очень смахивает на убийство. Мне это не нравится.

— У вас нет причины так думать, — успокаивал его Майерс. — Случайности того или иного рода — часть любой игры. Если сейчас кому-то не повезет, то в следующий раз другому улыбнется удача. Обещаю, что игра не пострадает.

Ричард удивленно посмотрел на собеседника.

— Странно, что такой дотошный чиновник Ассоциации, как вы, Майерс, вообще мог согласиться на подобное, а вы еще так спокойно об этом говорите, — он автоматически потрогал свою бородку. — В прошлом году, когда Хендерсон высказал возмущение по поводу двух маленьких снежных змей, вы были первым, кто стал размахивать правилами и кричать о нарушениях. Когда меня оправдали, именно вы «в интересах справедливости» заставили меня сразиться лицом к лицу с вышеупомянутым Мастером. Почему сейчас вы согласились на роль дрессированной собачки Парка Грез?

Майерс покраснел, и Мицуко бросила на мужа обеспокоенный взгляд.

— Должен ли я вызвать миссис Метески и сообщить ей, что вы не принимаете условия Парка Грез? — спросил Майерс. — Тогда она немедленно остановит игру. Это будет нарушением всех предыдущих договоренностей и, вдобавок, дорого обойдется вам. Вы ведь вложили немалую сумму в создание игры?

— Порядочную, — подтвердил Лопес, разглядывая Майерса из-под насупленных бровей. — Я весьма польщен, что вы так заботитесь о моем благополучии.

— Я сказал то, что должен был… — рассердился Майерс.

— Больше, — мягко поправил его Лопес.

— Я возвращаюсь в комнату для наблюдений. До свидания, мэм.

Мицуко повернулась и одарила Майерса ослепительной улыбкой. Он не смог заставишь себя улыбнуться в ответ и вышел, держась неестественно прямо. Мицуко протянула мужу левую руку, и он, усмехаясь, нежно пожал маленькую ладонь. Затем выражение его лица смягчилось.

Дверь опять открылась, и вошла Метески.

— Господи, что вы такого сказали Майерсу? Он пулей выскочил отсюда.

— Боюсь, что мой муж, возможно, слишком сильно выразил свое неудовольствие.

Лопес выглядел немного смущенным.

— Я не хотел быть грубым с Арланом. Просто мне не нравится, когда вмешиваются в мою игру.

— Знаю, Ричард. Мне очень жаль, но произошло убийство.

— Черт побери, в этом штате случается сто убийств в день и всего лишь одна игра в год. Почему нельзя оставить меня в покое и позволить заняться делом? — он вздохнул. — Хорошо, хорошо. Я не отказываюсь от сотрудничества. Будет вам убитый.