— Они сломали мне ноги и оставили, — сказал он. — Наверное, надеялись, что вы потащите меня с собой. Это замедлило бы движение.

На взгляд Апекса ноги Мейбанга выглядели совершенно нормально.

«Это как авиационное топливо. Просто нужно согласиться с некоторыми условностями. Но речь ведь идет о проводнике… »

Честер пришел к такому же выводу.

— Мы не можем позволить себе двигаться так медленно. Извини, Мейбанг. Мы постараемся устроить тебя как можно удобнее. А что с леди Джанет?

— Они принесут ее в жертву яйцу. Честер, это правда, что самолет может нести яйца?

— Нет.

— Понятно. Наши враги считают, что у них есть снесенное самолетом яйцо. Они пытались высиживать его, используя тепло вулкана. Думаю, жертвоприношение состоится сегодня ночью.

— Это хорошо, — сказала Марджи. — У нас останется время, чтобы прогорел огонь.

Пламя уже было не таким сильным, и образовались желто-белые угли. Марджи показала Честеру черный огонь, горевший на плоской скалистой площадке. Рядом стояла кастрюлька Алекса, наполненная золой.

— Наверное, этот «антиогонь» нам понадобится. Должен же в нем быть какой-то смысл, правда? Значит, нам нужно побольше золы.

— Сколько на это потребуется времени, Марджи?

— Примерно час. Тогда можно будет выгрести оставшиеся угли, собрать золу и двигаться дальше.

Честер задумчиво посмотрел в сторону вулкана, возвышавшегося в полутора милях от них.

— А мы еще не знаем, для чего нам нужен огонь. Ладно, привал, ребята!

Игроки немедленно принялись снимать рюкзаки. Этому они научились быстро. А потом… погас костер, исчезли звуковые эффекты.

Честер воздел руки к небу.

— Слушайте меня, о боги! Это привал, а не тайм-аут! Верни огонь на место, Лопес!

Костер вновь появился.

— Отлично, Гриффин… — Мастер подошел к Алексу, дружески положил ему руку на плечо и отвел в сторону. — Вы ведь что-то знаете, правда?

Алекс немного подумал, а затем кивнул.

— Кто вы такой, Гриффин? Что, черт побери, происходит с моей игрой?

— Я не могу сказать вам. Думаю, к вечеру вы уже все узнаете.

Хендерсон изучающе смотрел на него, на его лице поочередно отражались враждебность и любопытство.

— Если вы не можете признаться, кто вы такой, то, может, расскажете, что произошло прошлой ночью?

— Ладно. Это я обязан вам сообщить. Мы все стали жертвами экспериментального химического вещества. Украденного. Оно безвредно, но обладает огромными возможностями.

Стараясь выглядеть невозмутимым, Честер заставил свой голос звучать ровно.

— Но зачем? Если это одна из шуток Лопеса… — в его голосе не было уверенности. — Зачем?

— Точно не знаю. Жидкость могла разлиться случайно. Но Лопес тут не при чем, и сделано это не для того, чтобы как-то повлиять на общий ход игры.

Тонкие пальцы Мастера сжались в кулаки.

— Дайте мне только добраться до этого сукиного сына!

— Вы должны заниматься только своим делом. Организатор ночной оргии будет отвечать не только за это, — сказал Алекс, и глаза Честера расширились от удивления. — Мне очень жаль, но это все, что я могу вам сообщить.

Идти по следу было легко. Десятки пар ног вытоптали скудную растительность, проложив широкую тропу прямо в сторону вулкана. Гриффин и Честер шли впереди.

Рюкзаки игроков заметно потяжелели. Вещи Гвен и Кибугонаи были распределены между остальными, а их рюкзаки заполнены древесной смолой. Все, кроме воинов, держали в руках кастрюльки с черным огнем.

Их теперь осталось четырнадцать человек, включая единственного носильщика-туземца, Кибугонаи. Плосконосый абориген шел позади Алекса, беседуя с С. Дж. Уотерсом.

— Кстати, что означает твое имя? — спросил С. Дж. — Что-то вроде «наводящий ужас на врагов» или «искатель ямса»?

Кибугонаи покачал головой.

— Оно переводится как «побитый свиньей». За неделю до моего рождения моя мать была сильно напугана…

— Ты когда-нибудь бывал в этой местности? — перебил его Алекс. — Или знаешь кого-нибудь, кто бывал?

— Никогда. Никто не осмеливался ступить на землю наших врагов. Те, кто рискнул… — Кибугонаи пожал плечами. — Есть много способов умереть.

Много способов умереть. Заткнуть человеку рот, а затем зажать нос… Вор, укравший «нейтральный запах», должен был видеть, какой переполох он вызвал. А что, если он решил нанести упреждающий удар и избавиться от Алекса?