— Присаживаемся все за стол! — велел Томас. — Это и к тебе, мистер Даглиш, относится, — пальцем ткнул в медальон Олмера. — Меня зовут — Томас Утренник. Я задаю вопросы, а ты на них отвечаешь. Во-первых, что можешь предложить нам на ужин? Во-вторых, что происходит в Арчете? От чего его обитатели такие хмурые и злые? В-третьих, почему ты соврал, мол, свободные номера отсутствуют? Ведь в трактире нет ни единого постояльца…. Отвечай, родной, не жди, пока я рассержусь.

Трактирщик, недобро посвёркивая глазами, секунд двадцать пошмыгал носом и заговорил — глухо и неприязненно:

— Ужин? Сухарей могу предложить прошлогодних, слегка заплесневелых, каменных. Если не побоитесь за свои зубы…. Ещё солонины говяжьей, с гнилостным душком, могу подать. На горячее — жареный суслик, сам утром доставал из капкана. А из напитков — только кипяток, заваренный сухой малиной. Ещё — колодезную воду…. Спрашиваете, почему так скромно? Нет ничего в Арчете из съестного! Голодает народ. Уже всю дичь в округе переловили и съели, принялись за мышей и крыс. Рыба перевелась в ручьях и прудах. Неурожай у нас нынче, господа. Картофель сгнил на корню, тыквы выросли — размером с детский кулачок, кабачки — словно двухдневные огурцы. Горох весь пропал, репа, капуста, морковь. Все куры, свиньи и коровы передохли….

— Погода же, рассказывают, стояла всё лето просто отличная: теплая, с частыми дождиками, — удивилась Мари. — Заморозков и ураганов, вроде, не наблюдалось.

— И я вам толкую про то же! — горестно вздохнул Даглиш. — На ровном месте всё случилось. Ни с того, ни с сего! Раз, и неурожай…. Ждали обоза со съестным из Стэдлла, не пришёл обоз. Отправили две подводы на запад — закупить у степных кочевников свежего мяса — не вернулись подводы. Трёх нарочных — одного за другим — послали в Пригорье, к господину Олмеру. Без толку…. Короче говоря, голод у нас — со всеми вытекающими последствиями: могил прибавилось на поселковом кладбище, драки, поножовщина, всеобщая ссора…. И уйти из посёлка не получается: орки с волчьими и вурдалаки рыщут повсюду. Прочую нежить видали на ближних холмах…. Все жители уверены, что без тёмного колдовства Саурона тут не обошлось. Ждали, что появится Серый маг и поможет. Да, только, не сбылись те ожидания и надежды…. Вы-то как добрались до нас?

— С боями, как и полагается! — невесело усмехнулся Томас. — Одного вурдалака прикончили, другого оставили без жёлтого глаза…. Кстати, уважаемый Даглиш, а что у тебя с запасами сидра?

Трактирщик смертельно побледнел:

— Моя вина, каюсь! Нарушил инструкции господина Олмера. Готов понести заслуженное наказание.

— Рассказывай подробно!

— Когда это всё началось. Ну, голод, разброд, шатание, прочее…. Я запасы сидра раздал народу. Собрали общий сход, всё поделили поровну.

— Зачем делили-то? — вкрадчиво спросил Кот.

— На тот случай, если кто решится пробиваться на север — через Комариные Топи. А, что такого? Тут прикажите помирать? Безропотно и смирно? С блаженной улыбкой на устах?

— Дальше что было?

— Плохо всё было дальше! — скривился Даглиш. — Никому не удалось пробраться через Топи. Много народу погибло. А те, кто вернулись назад, такого рассказали — волосы до сих пор встают дыбом. Мол, людей и хоббитов разрывало на мелкие части: руки отдельно, ноги отдельно, голов и вовсе потом не находили…. Змеи гигантские, дикие кабаны размером с лошадь…. Потом двое из вернувшихся с горя опились сидром. В том смысле, что выпили — за один раз — литра по три на брата. Тут такое началось, пером не описать…. Короче говоря, эти двое сошли с ума. Несли всякую ахинею, предлагали убить Олмера, Серого мага и Самуэля Фергюса. Потом стали бросаться на остальных, кататься по земле, жалобно выть и биться головами о камни…. Заперли мы бедолаг в сарае. Утром пришли, а они висят на потолочной балке. Руки наложили на себя. После этого весь сидр — по моему приказу — опять снесли в трактирный погреб. Теперь я его выдаю раз в неделю, строго по списку, рекомендованными порциями.

— Хоббиты из Потеряшки тоже забрали свою долю сидра? — вмешалась в разговор Мари.

— Какая ещё потеряшка? — не понял трактирщик.

— Хутор такой хоббитанский. Находится…. Вернее, находился в двадцати часах езды от Арчета.

— Никогда не слышал о таком поселении, клянусь свиным окороком! Потеряшка? То ещё название, ненашенское…

— А почему ты соврал, что все номера заняты? — напомнил Томас.

Даглиш виновато помотал головой:

— Понимаешь, Утренник, не сразу я заметил на твоей груди медальон Олмера…. А у нас тут — с неделю назад — объявились оборотни. Как-то, уже под вечер, к хоромине Брюса Толстопуза подошли четыре путника: два гнома и два орка. Проходящие попросились на ночлег, пообещали заплатить хлебом и бужениной…. Так-то их Брюс не пустил бы даже на порог — осторожным был и слегка трусоватым. А тут голод, за постой обещают хлеба и мяса. Вот он и расслабился, даже к зеркалу не подвёл незнакомых гостей…. Вы же в курсе, что в зеркале отражается истинная сущность оборотня?

— А как же! — развеселился Кот. — То-то ты здесь игрался со своим зеркальцем! Высмотрел чего подозрительного?

— Не высмотрел, — засмущался трактирщик. — Вы именно те, кем кажитесь…. Ладно, про Толстопуза. Утром прибежал его сынишка Боб и рассказал…. Ночью малец проснулся от страшных криков, выглянул из своей каморки, а в столовом зале чудища доедают его родителей. Гномы и орки обернулись клыкастыми троллями. Вот так…. Хоббитёнок через вторую дверь выскочил из норы, прибежал сюда. Ударил я в набат, собрал два десятка бойцов с копьями и арбалетами. А толку? Пришли мы к хоромине Толстопуза, а оборотни уже убрались восвояси. В норе обнаружились только косточки Брюса и его верной супруги…

Неожиданно послышался шум от множества бегущих ног, азартные вопли. Входная дверь распахнулась настежь, и зал трактира начал заполняться вооружёнными людьми и хоббитами.

— Именно этого я и опасался! — огорчённо сообщил Даглиш. — Вероятность народного бунта — во время голода — повышается многократно….

Примерно пятнадцать пар злых и недоверчивых глаз пристально изучали сидящих за столом. В свете масляных фонарей тускло мерцали лезвия кинжалов, наконечники копий и стрел, вложенных в натянутые луки и во взведённые арбалеты.