Новое время — новые песни.

Секина — простая, умная женщина, борющаяся за свое счастье, за человеческие и гражданские права. Она никому не позволит распоряжаться собой. "Пусть хоть весь мир разрушится после моего отказа Ага-Гасану, — говорит Секина, — и то я буду стоять на своем". Она не хочет быть несчастной на всю жизнь. "Скажите, ради бога, когда я давала вам право распоряжаться моею свободой? На каком основании вы хотите выдать меня замуж за Ага-Гасана? Я теперь ни от кого не завишу и никому не позволю распоряжаться моей судьбой". Выходить замуж по чужой указке — не в ее натуре. Она не может быть женой человека, к которому не лежит сердце. Не о наследстве, не о богатстве думает прекрасная Секина. "Пусть пропадает наследство. Эта потеря для меня легче потери счастья не быть женой Ага-Гасана — замечает она.

Это были новые мысли, новые чувства, которые подслушал, о которых узнал чуткий, наблюдательный писатель. Он всем сердцем встал на защиту простых людей и, изображая их, звал народные массы к гражданским свободам, к сознательной гражданской жизни.

В борьбе Секины за счастье ей противостоят изворотливые тавризские адвокаты и купцы. Это Ага-Гасан, который угрожает ей "сыграть такую штуку, о которой в сказках будут рассказывать". Тщательно подготавливает свое гнусное дело Ага-Мардан. Он искусно плетет паутину, в которую неизбежно должна попасть его очередная жертва.

С большим мастерством рисует Ахундов хищнический облик подлого, безжалостного адвоката, готового ради денег на любое преступление. Его наглость имеет свою опору — он верит, что слуги вельмож "испытанный народ", за деньги они могут подтвердить любую ложь, могут поддержать любые козни. Хищники находят поддержку в законах господствующего класса. Ахундов далек еще от разоблачения и беспощадной критики деспотического феодального строя Ирана и других восточных стран, с которой выступит в шестидесятые годы в своих философско-публицистических письмах. Его герой Азиз-бек уверен, что благородный принц защитит правое дело.

Сам Ахундов не освободился еще от иллюзий и не прочь верить тому, что, если у власти будет стоять благородный и милосердный принц, неправда не восторжествует над правдой, закон не отступит перед беззаконием. Этим отчасти и объясняется неправдоподобный счастливый финал этой замечательной пьесы. Таких счастливых случаев в Иране могло быть один из десятков тысяч. Здесь Ахундов явно грешит против исторической правды, верит в возможность завоевания гражданских прав и в условиях феодально-деспотического государства.

Наступит день, и Ахундов поймет, что без революционного переустройства мира человек не может добиться своего счастья, без народной власти народ не улучшит своего благосостояния. Но в пьесе "Адвокаты" все еще звучит эта примиренческая тема, хотя она выражена здесь значительно слабее, чем в первых комедийных произведениях писателя. Жизнь, революционные события в России, демократическая русская литература, передовые революционные идеи русских просветителей помогали ему освобождаться от тяжелого груза прошлого, новое побеждало в его сознании старое, способствовало созреванию демократического мировоззрения. Сила ахундовской комедии в нарастающем протесте против произвола и деспотизма, в защите гражданских свобод.

Смело срывает Ахундов гнусную маску с Ага-Мардана, показывает целую галерею шулеров, авантюристов, морально разложившихся людей. Начальник ночной стражи Раджабали привел к Ага-Мардану свидетелей, которые должны подтвердить, что они собственными ушами слышали от Гаджи-Гафура, что у него недавно от Зейнаб родился сын. Ага-Мардан просит Раджабали представить ему своих товарищей.

" Гаджи Раджабали.Вот это — знаменитейший картежник Гапо, приехавший вчера из Ардебиля; второй — казвинец Шейда; он днем — степенный меняла на базаре, а ночью развлекается всякими штучками; третий — Курбанали гамаданский, днем он — чулочник, а ночью — ловец счастья и повеса; четвертый — марагинец Ганифе, днем — разносчик, а ночью — мой неразлучный адъютант.

Ага-Мардан.Значит, все они почтенные люди; только ремесло Гапо несколько двусмысленное. Ты знаешь, Гаджи, что в Иране духовенство и народ очень недолюбливают картежников, считая их людьми развратными и бесчестными; боюсь, как бы Гапо не возбудил некоторого недоверия у председателя суда.

Гаджи Раджабали.Не беспокойся: Гапо такой плут, какого ни одна мать еще не производила на свет; он может превратиться во что и в кого угодно. Хочешь, через два часа он явится солидным купцом, и, бьюсь об заклад, тебе в голову не придет, что это тот же человек. Да знаешь ли, чья кровь течет в его жилах? Он сын однорукого Гейдар-Кули, прославившегося беспримерными подвигами в искусстве воровства. Однажды его отца видели днем в городе Огаре, в двух сутках пути от Тавриза, и в ту же ночь пропала в Тавризе, из спальни губернатора шкатулка с драгоценными камнями. А утром Гейдар-Кули уже спал в одном из притонов караван-сарая Огара уже как обладатель шкатулки губернатора. Этот необыкновенный подвиг изумил весь Иран и спас Гейдар-Кули от грозившей ему смертной казни: ему отрубили только руку. Впрочем, Гапо как картежника еще не знают в Тавризе.

Ага-Мардан.Я очень рад, что имею удовольствие познакомиться с сыном такого прославленного человека. Кто не слыхал про Гейдар-Кули и не удивлялся его искусству?! Да будет мир его праху! Теперь позволь спросить, знают ли они священные обряды и правила нашей веры? Ты знаешь, как это важно на суде! Если они на этот счет хромают, председатель может опорочить их показания.

Гаджи Раджабали.Будь покоен, все они люди грамотные и не только твердо знают ислам, но каждый из них годится в учителя самому дьяволу; кроме того, они каждый день бывают в мечети".