– Ждем второго звонка.

Две минуты прошли в напряженном ожидании. Наконец телефон снова зазвонил.

– Да?

На этот раз говорил только Даррелл. Выслушав инструкцию, Уил раздраженно хлопнул себя по колену.

– Похоже, ты был прав, Грег. Этот чертов писака разыгрывает из себя бог знает кого.

– Куда дальше?

– Никуда. Он пришлет за нами машину. Грег, тебе придется остаться здесь – Даррелл примет только троих. Никаких фотографий не будет. Сотовые оставляем здесь. Это приказ. Нас обыщут, и, если найдут телефон или камеру, интервью отменяется. Понятно?

– Черт бы его побрал! – от души выругался Грег. – Ладно. Мне оставаться здесь?

– Да. И не выходи из машины.

– А вот и они! – воскликнула Лиз, приникая к окну. – Выходим?

Рядом с «бьюиком» остановился серый пикап. Сидевший за рулем мужчина в бейсбольной кепочке и солнцезащитных очках махнул рукой и открыл заднюю дверцу.

– Пока, Грег, не скучай, – бросила, выходя из машины Лиз. – Я потом все тебе расскажу.

Они пересели в пикап, который тут же сорвался с места. Грейс молчала, остальные тоже. К счастью, пропетляв минут пять по улицам, «форд» свернул к скромному особнячку и замер у входа.

– На второй этаж, – коротко приказал водитель. – Быстро.

Дверь уже была открыта. Подгоняемые мрачным мужчиной в бейсболке, репортеры поднялись по хлипкой деревянной лестнице, прошли по полутемному коридорчику и остановились у единственной двери.

– Входите. Они вошли.

Комната была довольно просторной и выглядела совершенно необжитой: занавешенное плотными шторами окно, простой письменный стол, диван неопределенного цвета, два стула. И все. Если не считать стоящего у окна, спиной к гостям, высокого человека в кожаной куртке.

– Садитесь. – Вошедший вслед за ними мужчина в бейсболке бесцеремонно подтолкнул Лизу и Грейс к дивану. Уил, пожав плечами, опустился на стул.

Человек у окна повернулся.

– Я Кеннет Даррелл. Начнем.

Грейс ахнула.

Слай отложил папку и задумчиво уставился в потолок. Информации, которую предоставил ему Годдард, было вполне достаточно, чтобы построить на ее основании план действий, который в случае успешной реализации принес бы ему сумму, достаточную для безбедного существования в течение ближайших месяцев.

Странно, что такой человек, как Ловкач, умеющий создавать хитроумные многоходовые комбинации, оказался неспособен решить довольно-таки несложную проблему. Впрочем, если бы все решали свои проблемы сами, надобность в его услугах просто-напросто отпала бы.

Слай никогда не задумывался над тем, чем бы он занимался, если бы в силу обстоятельств оказался не у дел. Пока существует мир, в котором правят деньга, его профессия всегда останется востребованной. В этом он не сомневался. Деньги – высшая сила и высшая ценность, по сравнению с которой жизнь человека – пустяк.

План в общих чертах уже сложился. Он знал имя объекта, знал, где остановилась Грейс Маршалл, знал, с кем она контактирует здесь, в Сиэтле. Сделав звонок в редакцию «Кроникл» и представившись другом Грега Хилла, Слай выяснил, что фотограф выехал на интервью и должен вернуться во второй половине дня. Поразмышляв, он пришел к выводу, что Грейс рано или поздно появится в «Хилтоне», чтобы выписаться из отеля и забрать вещи. Переданная портье сотня долларов позволяла рассчитывать на своевременное уведомление о ее прибытии. На всякий случай Слай решил установить наблюдение и за квартирой Лиз. Этим займется Джейк.

Оставалось только ждать. Слай включил телевизор, положил на столик телефон и растянулся на диване.

– Майкл?!

Его взгляд задержался на ней всего лишь на мгновение и тут же перешел на Лиз.

– Пожалуйста, предъявите редакционные удостоверения.

Разумеется, он узнал ее. Но не подал виду. В этом не было ничего странного. Проблема заключалась в другом: как теперь выполнить поручение Джереми Тайрона?

Просмотрев удостоверения, Майкл – нет, не Майкл, а Кеннет Даррелл, напомнила себе Грейс – уселся за стол, спиной к окну, так, что лицо его снова оказалось в тени.

– Я получил ваши вопросы и, как мы и договаривались, приготовил ответы. – Он положил руку на обычную канцелярскую папку. – В вашем распоряжении два часа. Я оставляю за собой право не отвечать на те вопросы, которые мне по каким-то причинам не понравятся. Никаких фотографий. Никаких диктофонов. Согласны?

– Вы ставите нас в довольно-таки затруднительное положение, мистер Даррелл. – Уилбур Макински покачал головой. – Нам ведь, как вы понимаете, нужно надежное подтверждение самого факта интервью. Читатели могут счесть его мистификацией или прямым обманом.