Джулия хихикнула, прижимаясь своей щекой к моей груди.

– Почему я не сделал этого сразу, когда ещё мог предотвратить это? – вздохнул я.

Сестра пожала плечами, крепче обнимая меня, а я наклонил голову и поцеловал её в макушку.

– Всё, что ты делаешь, автоматически становится правильным, Джулия.

Я почувствовал, как она покачала головой, а затем оторвалась от меня.

– Я приготовила блинчики, – улыбаясь, рассказала она.

Я не настаивал, чтобы она готовила, но ей нравилось заниматься этим, а я был совсем не против питаться дома.

Я глубоко вздохнул и, наконец, почувствовал запах, витающий по дому, вспоминая, как мама когда-то также готовила для нас.

– Я не голоден, – виновато признался я.

И больше не выносил ничего сладкого.

Сестра грустно выдохнула, но ответила:

– Ничего страшного. Мне больше достанется, – а затем она ухватилась за мои плечи и развернула меня в сторону выхода. – Ты выглядишь устало. Тебе нужно поспать.

– Почему ты выгоняешь меня? – шутливо спросил я, когда она подталкивала меня на выход.

Джулия засмеялась.

– Мы не договорили. Ты бы сама никогда не додумалась травить себя этой ерундой. Кто надоумил тебя? Ты должна сказать мне.

Меня вытолкали за дверь, когда я совсем не сопротивлялся этому и когда повернулся, чтобы попрощаться с сестрой, заметил, как она стала кусать губы, не собираясь отвечать мне.

– Сантьяго! – вынес свой приговор я, и знал, что попал в точку, но в этот же момент Джулия схватилась за дверь и закрыла её прямо перед моим лицом.

Она звонко смеялась, а я развернулся и пошёл в свою комнату, слыша её смех, даже сквозь расстояние и закрытые двери.

Ничто никогда не сможет испортить наши отношения.

Я зашёл в комнату и устало вытащил всё, что было в моих карманах на прикроватную тумбочку.

Мой череп был готов расколоться от боли, давящей на него, и, к моему сожалению, Джулия была не тем, кто мог бы избавить меня от неё.

Я положил телефон на тумбу и уже собирался начать снимать пиджак, когда мои глаза упали на фотографию в рамке.

Но я видел на ней совсем не то, что видели бы все, смотря на неё. Я видел то, что было под ней. Моя грудь сжалась, потому что я не понимал, зачем я делал всё это, зачем хранил это фото, воспоминания, чувства…

Импульс боли ударил в затылок, и я поморщился.

Пошла к чёрту!

Я поднял рамку и перевернул её, затем вытащил маленькую фотографию, при виде которой, всегда хотел вернуться в то время, и вышел из своей комнаты.

От неё нужно было избавиться.

Это только мучило меня.

Она должна исчезнуть.

Мои шаги были тяжелыми, но я не пытался скрыть это, когда проходил мимо гостиной, в которой осталась Джулия. Я прошёл немного дальше и зашёл в небольшую комнату с камином, который уже горел. Вероятно, Джулия зажгла его для себя немного ранее.

Я подошёл к нему, чувствуя жар, исходящий от огня и смотрел на искры, летящие в мою сторону.

Мной овладела тоска по всему, что когда-то было моим.

Я поднял фотографию и посмотрел на неё в последний раз.

Аврора застыла на месте, когда моя рука лежала на её тонкой шее, а губы были прижаты к её. Целовать эту девушку было приятнее всего на свете. То, как она робела поначалу, а потом повторяла за мной… Мне не хотелось отрываться от неё ни на секунду. Вокруг нас горели разноцветные огни аттракционов, делая вид на фото сказочным. Моя вторая рука лежала на её талии, и я до сих пор чувствовал то, как она ощущалась под ней. Её же ладонь легла на мою грудь и девушка, наверняка, чувствовала моё часто бьющееся сердце.

Из-за неё.

Всегда только из-за неё.

Но я должен был прекратить вспоминать об этом.

Я зарычал и кинул наш первый поцелуй прямо в самое сердце пламени, а затем наблюдал, как оно тлело, исчезая.

Исчезая в огне, но не исчезая в разуме.

Я взялся за голову и потянул себя за волосы. Что я должен был сделать, чтобы это прекратилось?!

Мне стало трудно дышать, и я сильно зажмурился, пытаясь избавиться от голоса в своей голове.

Нас никогда не было и быть не могло!

И я, наконец, когда-нибудь должен буду смириться с этим, потому что выбрать её у меня права не было.

Глава 11

Чуть больше полугода назад…

Мы с Кристианом стояли по обе стороны от Каи, ограждая её от презрительных взглядов окружающих. Если бы мы могли раздвоиться, то окружили бы её со всех сторон, но увы.

Обстановка стремительно накалялась, и все присутствующие чувствовали это, но девушка рядом со мной не подавала виду, что её смущало то, что она стала центром сегодняшнего вечера.