Аврора яростно кричала, как будто её душу разрывало на куски и боль, которая сопровождалась этим, была уже не в силах сидеть в ней.

Я мгновенно оказался рядом с комнатой, из которой исходил звук, и распахнул дверь, останавливая девушку от вытеснения скопившегося отчаяния внутри неё, затем зашёл внутрь и, не разворачиваясь, запер её на замок.

Аврора приподняла ногу, сняла туфлю и кинула её в мою сторону.

– Я не желаю видеть тебя здесь! – прокричала она, когда я увернулся от шпильки, летящей прямо в моё лицо.

– Ты же хотела этого, – яростно напомнил я ей. – Какого чёрта тогда злишься на меня?

Грудь девушки опускалась и поднималась с такой скоростью, что мне хотелось дать ей возможность отдышаться, а не нападать в ожидании её гневного ответа.

Она вышла из второй туфли и подняла её, замахиваясь на меня.

Хоть в этой комнате и пахло злостью в перемешку с негодованием, у меня всё равно не получилось сдержать улыбку.

Здесь было темно, а как только я запер дверь, единственным светом, который проникал в комнату, оказалась щелочка под ней, но это не мешало мне видеть сердитое выражение лица Авроры. В её глазах полыхали огоньки, волосы немного растрепались из-за пробежки и теперь, ранее аккуратные локоны её белоснежных волос, выглядели дико.

– Я хотела тебя, а не цирк, что ты устроил! – крича, призналась она, и туфля в её руке, которая, как я думал, была предназначена, чтобы встретиться с моим лицом, с грохотом ударилась о пол, когда Аврора швырнула ее. – Я хотела, чтобы это было искренне, чтобы ты сделал это потому, что любишь меня! – её голос стал гнусавить и девушка отвернулась от меня к окну, прекращая зрительный контакт, заставляя меня пялиться в её спину.

По её мнению, почему я сделал это? Почему рассказал о своих намерениях при полном зале людей, понимая, что будет ожидать меня после этого, хотя мог тихо подойти к ней и признаться, прятать её и скрываться, как мы делали это раньше?

– А я хотел, чтобы все наконец узнали, кто ты! – не понижая тона, ответил я ей. – Чтобы тебе не пришлось чувствовать себя маленьким грязным секретом, которого, как ты думаешь, я должен стыдиться.

Голые плечи Авроры тряслись, но она не поворачивалась ко мне, продолжая слушать меня.

– Но они не знают, кто я. Ты так и не рассказал им. Ты хоть понимаешь, чем всё это может закончиться?

– Ты хотела, чтобы я был смелее. В чём твоя проблема?

– Что тебе сказал мой отец? – не отвечая на мои вопросы, задавала она свои. – После разговора с ним, ты решился на это? Что он тебе сказал?

Я пересёк расстояние между нами и развернул Аврору к себе лицом. Мне надоело, что она разговаривала с пустотой. Здесь никого не было, и всегда, даже если нас окружали люди, были только мы.

Только она и я. Только мы.

– Что ты не моя, – прорычал я ей.

Девушка стала ещё ниже без своих туфель и казалась такой крохотной рядом со мной, что я мог с лёгкостью обернуть вокруг неё свои руки и спрятать её в них навсегда. И больше никто никогда бы не нашёл её, пока она оставалась со мной.

– Но я не твоя, – парировала она. – Ты делаешь всё это, потому что зол и пытаешься насолить мне и моему отцу.

– К чёрту твою семью! – рявкнул я. – Всё это из-за тебя.

Всё всегда делалось с помыслами о ней. Я ни на секунду не мог вытеснить её голос из своей головы.

Аврора неотрывно смотрела мне в глаза, а затем резко наклонилась и обогнула меня, бегом направляясь к двери. Я не успел её перехватить и просто повернулся, глядя на неё, даже не идя за ней.

– Куда ты собралась?

– Ты забыл? – спросила она, хватаясь за дверную ручку и пытаясь повернуть замок дрожащими руками. – Я говорила тебе, здесь полно мужчин, желающих заполучить меня в свою постель.

Я начинал злиться на неё. Она хочет, чтобы я стал ревновать её? Я и так делаю это, когда вижу, как буквально каждый проходящий мимо неё человек оборачивается, чтобы посмотреть на неё и трахнуть её своими глазами.

Ей не стоит провоцировать меня таким способом. Я не железный.

– А теперь я хочу вдоволь нагуляться до того, как ты сделаешь меня своей собственностью!

Мои кулаки инстинктивно сжались.

Разве я когда-то говорил ей, что брак со мной сделает её моей собственностью, что я отниму её личность и сделаю её трофейной женой, которую буду вытаскивать на светские вечера, чтобы показать всем, кто именно греет мою постель каждую чертову ночь? Что за бред она несла? И какого чёрта она сравнивала меня с теми ослами, что приходили к ней, чтобы попретендовать на неё, хотя у них и шанса не было, чтобы забрать её себе?

– Никто даже не посмотрит на тебя, – объявил я.