Рауль, стало быть, пятнадцатый. Жаль, что фамильную спесь нельзя подороже продать на рынке. Хмыкнув, Маргарет перевернула влажный лист и попыталась вникнуть в то, за чем там этот Анри Флери наблюдал.

Она так погрузилась в чтение, что не заметила, как солнце опустилось совсем низко к земле, и только скрип двери заставил ее оторваться от своего занятия. Вздрогнув всем телом, Маргарет уставилась на проем в стене, но там было по-прежнему пусто. Зато на пороге стоял Рауль во всем блеске своих пряжек, шелков и кудрей.

— Совсем спятили, — громким шепотом заговорил он, не решаясь и шага ступить внутрь, — я же вас по всему замку ищу! Не могу поверить, что вам хватило хладнокровия преспокойно устроиться читать рядом… ну, с этим.

Маргарет с трудом встала — оказывается, она совсем окоченела, к тому же изрядно проголодалась.

— Вы правы, — согласилась она, — самое время для теплого молока с медом и хлебом… Так зачем вы меня искали?

— Вы моя сиделка, вот и сидите рядом со мной, — с досадой проворчал он. — Жанна тратит последние деньги, чтобы платить вам жалованье, а вы тут прохлаждаетесь. Что, если я сбегу кутить?

Это было бы просто чудесно, но маловероятно.

Вдвоем они вернули рыцаря на его пост и поспешили подальше от зловещей комнаты.

— Далеко вы, пронзенный острой стрелой любви, не сбежите, — усмехнулась она и напомнила себе: любезность, Маргарет! — До чего вам к лицу эта перевязь, расшитая жемчугом… — невпопад брякнула она и широко улыбнулась.

Рауль моргнул, черные роскошные ресницы упали вниз, взлетели вверх. До чего неприятный господин, подумать только!

— Это вы от голода заговариваетесь, — догадался он, подхватил ее под локоть и поволок в сторону своих покоев, выкрикивая имена слуг. К счастью, в его личной гостиной уже был разведен огонь, и Маргарет с большим удовольствием протянула к теплу руки. Рауль заботливо накинул ей на плечи ее собственную шаль и распорядился, чтобы им подали еды.

Решетка камина была покрыта сажей, а на гранитной полке над ним лежала многолетняя пыль. Чихнешь тут ненароком — и мигом превратишься в трубочиста. Маргарет поспешно сделала шаг назад и опустилась в кресло.

— Ну, что вы там вычитали? — с интересом спросил Рауль, наливая ей вина. — Это ведь книги из подвала?

— Дневник вашего отца. Любопытной, наверное, личностью был Анри Флери, — задумчиво протянула Маргарет.

— Смотря в каком возрасте вы бы его застали, — засмеялся Рауль. — В молодости он слыл отчаянным забиякой, в зрелости вел довольно эксцентричный образ жизни, увлекался всем подряд — то балами, то алхимией, то музыкой, то охотой. Ну а в старости ненавязчиво сбрендил.

— Сбрендил, потому что бегал повсюду с лопатой и искал клады? Или потому что пытался оживить вашего досточтимого предка, Кристофа Флери, одного из двенадцати великих вассалов?

— Что? — разинув рот, Рауль уставился на нее.

— Возможно, ваш отец не так уж и сбрендил.

Вошла Мюзетта с подносом и бросила на Маргарет пронизывающий взгляд, который ясно давал понять, чтo она думает о прислуге, забывшей свое место.

Кого бы еще тревожили чужие укоры.

Едва дождавшись, когда немолодая женщина уже покинет комнату, граф лично закрыл за ней дверь и нетерпеливо вернулся к Маргарет:

— Оживить нашего прапрапрапра… Зачем?

— Потому что только он знал, где закопан клад на самом деле, ведь он сам его спрятал.

— Это же просто семейная легенда… — растерянно произнес Рауль, одним движением смяв свои аккуратные кудри.

Маргарет потянулась к подносу и щедро налила меда на хлеб.

— Ваш отец был уверен, что Кристоф Флери, вернувшись с королем Луи из далеких земель, приберег несколько сундуков на черный день.

— Пруденс, хоть вы не повторяйте фанатичный бред, — отрезал Рауль. — Плод воспаленного воображения моего отца. Он же был сумасшедшим!

— Но если мы предположим, что все правда, — спокойно заметила она, — и действительно найдем сокровища, разве это не изменит всю вашу жизнь? Вам даже не обязательно будет жениться, ваша светлость!

Их взгляды встретились — Маргарет смотрела в угольно-черные глаза открыто и прямо, не желая прятать ни своих надежд, ни своих возражений. И если протест против грядущей свадьбы был написан на ее лице слишком откровенно, то так тому и быть.

Рауль отвернулся первым, отчего-то смутился, затеребил тонкими беспокойными пальцами манжетное кружево. Плетение было тонким и изящным, чинить такое пришлось бы долго, до темени в глазах. Маргарет сморгнула, пытаясь изгнать из памяти годы, проведенные за этим кропотливым и утомительным занятием.

— Извольте, — с излишней капризностью согласился он, — раз уж вам так не терпится поиграть в поиск сокровищ… Не могу сказать, что уж очень занят.

Она внутренне ухмыльнулась — ну разумеется, голубчик, не больно-то вам охота жениться на безродной девчонке с единственной шахтой. Наверняка герцог Лафон разбередил графские мечты о более достойных невестах.

— Только, — тут Рауль собрался с мыслями и снова обернулся к ней, обеспокоенно хмурясь, — нам надо вызвать специалиста… Ну, для Глэдис. Вдруг она снова решит разгуливать по замку! Беда в том…