Шрифт:
Они прыжками двигались по направлению к пэнам.
Большие и страшные.
19. Макет
Пожиратель вернулся выбрать новую жертву, и никто не пытался ему сопротивляться.
Когда Тобиас, чтобы предупредить заключенных, появился снаружи и предложил им сражаться, не дать монстру войти в пещеру, они отказались и разошлись по своим углам, молясь, только бы не стать следующей жертвой паука.
Монстр подбежал к Тобиасу, и подросток изо всех сил постарался не показать, что боится.
Приливная волна затопила берег его разума, где еще, словно едва заметный рисунок на песке, оставались свободная воля мальчика и способность контролировать себя. Внезапно рисунок смыла вода… И Тобиас ощутил пронзивший его плоть ужас.
Паук это почуял.
Тобиас представил, будто бросается на берег и бежит навстречу волне, стараясь оттолкнуть ее обратно: сначала руками – тщетно, потом силой мысли – уже более результативно.
Собираясь ощупать Тобиаса, паук поднял лапы, и тогда на берег словно обрушилась еще одна гигантская волна.
Она была такой высокой и мощной, что подросток был готов бросить все и позволить себе утонуть, – пусть монстр победит, и все наконец-то закончится.
Но желание жить оказалось сильнее, и Тобиас кинулся вперед, лег перед волной, чтобы бороться с ней, создать ей преграду из собственного тела.
А когда, уверенный, что волна вот-вот захлестнет его, ударит в лицо, он открыл глаза, та неожиданно исчезла… Пожиратель отвернулся и направился к другой жертве.
И вот тут-то Тобиас совершил глупость.
Услышав отчаянные крики схваченной пауком девушки, он вскочил, держа в руке кость, и набросился на Пожирателя.
И получил удар задней лапой в грудь – такой сильный, что потерял сознание и упал навзничь.
К тому моменту, когда он пришел в себя, крики прекратились. Он опоздал. Монстр оставил еще теплый скелет девушки. Тобиас заплакал.
Кошмар не кончится, пока он не сможет справиться с этим.
Урок прост: надеяться только на себя.
Едва Пожиратель удалился, опять вымазав деревянный круг своим липким шелком, Тобиас вернулся к двери.
– Ненавижу пауков, – тихо пробормотал Тобиас, снова пытаясь отскрести костью слой паутины с краев решетки.
Оказавшись, как и в прошлый раз, в соседней пещере, он медленно огляделся, чтобы убедиться, что Пожиратель не подстерегает его, и увидел ночное небо.
Паука нигде не видно!
Тобиас торопливо выглянул наружу.
Его взору открылась долина с разбросанными по ней черными камнями – дольменами, чьи верхушки источил ветер, так что они стали острыми, как лезвия. Бесплодная, темная земля, утыканная страшными скалами.
Тобиас сразу понял, чего не хватает в этом пейзаже: на чернильном небе не было звезд. Вместо них мелькнула череда странных вспышек, и горизонт осветили извилистые молнии.
Тобиас ступил на холодную землю и осмотрелся.
Пожиратель был далеко – он мелькнул за скалой, где, как предположил Тобиас, находится вход еще в одну пещеру.
Подросток поднялся на невысокий склон ближайшего холма и попытался как следует разглядеть, что там, вдали.
Он почти сразу заметил медленно бредущую среди камней человеческую фигуру и решил следовать за ней.
Вокруг не было никаких растений, так что идти было легко, и Тобиас вскоре догнал незнакомца.
Тот был облачен в широкий плащ со скрывавшим лицо капюшоном. Из рукавов торчали кисти рук, и, увидев их, Тобиас укрепился в мысли, что это человек. Тот взялся за ржавую цепь и принялся отпирать что-то напоминающее закрывающий колодец люк. Снизу, из колодца, лился красно-белый свет. Мужчина наклонился, и он озарил его лицо. Жаль, что Тобиас находился сзади – ему не удалось разглядеть это лицо. Тихо, чтобы незнакомец его не заметил, подросток выругался.
Человек еще долго стоял нагнувшись и вглядываясь в колодец, затем покачал головой и вернул крышку на место.
Тобиас последовал за незнакомцем дальше, к следующему колодцу. Тот, словно собираясь попробовать вкусное блюдо, варившееся в котле, снова поднял крышку. Обеими руками он обхватил колодец, из которого лился все тот же красно-белый призрачный свет. В лучах этого света, как в картинках волшебного фонаря, Тобиас увидел лица, эфемерные, появляющиеся на миг – бесплотные, как облачка пара. Вслед за лицами стали мелькать пейзажи, фигуры.