Я не собирался заводить себе кошку, особенно такую, а если бы знал, какой у нее характер, то и подавно попрощался бы там на месте. В тот момент черт меня дернул, и я подал ей свою руку, которую надрезал кинжалом. Из моей ладони потекла кровь, и я ждал…

Она знала… Знала, что делать, подошла ко мне и лизнула моей крови. Какая же ты глупая и молодая кошка. Связала свою жизнь с моей, как когда-то Шнырька. Стала частичкой моей души.

Почему-то в тот момент я понимал, что это правильно. Пантера была из тех зверей, которые не уступали разумом хозяину, и места ей в этом мире без меня не будет. Ее, вероятно, вытащили из Разлома, который наверняка давно закрыт.

Все, что она могла, это умереть или попросить меня доставить ее в самые дальние сибирские леса, чтобы коротать одинокое существование. Вот только мне что, делать нечего? Да и она не попросила… Вместо этого она смекнула, что со мной можно неплохо жить. А может просто, раз я причастен к смерти ее хозяина, то решила, что я стану следующим.

Блин, мне одного Шнырьки вполне хватает. Чем ее кормить? А кто убирать за ней будет?

Однако, кошка сильна… Когда я подключил ее к своей душе, то смог оценить, сколько силы сразу перешло к ней, чтобы восстановить измученное тельце. По правде говоря, она в будущем может стать верным помощником и машиной для убийств. Теперь она, как и Шнырька, никуда от меня не денется, но будет питаться моей энергией, дабы развиваться. Теперь мне нужно еще больше Разломов посетить, чтобы, так сказать, кушать за троих.

— Ты не торопился, — скривился Андросов, подавая мне руку.

Вместо приветствия я коротко ткнул его поддых, заставив согнуться пополам.

— Ты чего? — выпучил глаза друг.

— Урок первый! Настоящий боец всегда должен быть готов к нападению!

— Озверел? — продолжал таращиться Андрюха.

— Давай-давай! Я еще сделаю из тебя машину для убийств!

Андросов с опаской выпрямился, отойдя от меня на безопасное расстояние.

— Пошли в спортзал! — я тоскливо посмотрел на серое небо. — Погода нынче нелетная!

По пути я ловил на себе обиженные взгляды и размышлял, чем я могу помочь товарищу. Боевик из него, прямо сказать, никакой. Было бы у меня хотя бы полгода. Кроссы… Силовые упражнения… Азы рукопашки… Я-то этому всю жизнь учился… и прошлую тоже, а вот что мне с этим домашним мальчиком делать?

В спортзале занималось еще несколько будущих Истов, а я оттащил Андросова в уголок, чтобы никому не мешать, и чтобы нам не мешали.

— Смотри, друг мой! Без обид, но если ты за два-три удара не уложишь соперника, то будешь позорно бит! И тогда не говори никому, что я твой сенсей. Итак, поехали.

Битый час мы потратили на изучение болевых точек. В этом ему очень помог его Дар, и слава яйцам! Андросов прекрасно знал все нервные центры человека, осталось научить его не убирать боль, а причинять ее!

— Давай! — кивнул я. — Нападай!

Андрюха неловко ткнул меня кулаком, я поставил блок, и по руке пробежала волна боли.

— Неплохо, но нужно больше боли!

— Чего?! — удивился Андросов, глядя на меня. — У тебя руку должно было парализовать!

— Как видишь, этого недостаточно! — вмазал я ему кулаком в живот, не очень сильно, чтобы лучше усвоил материал. — Давай опять! В бою промедление будет тебе стоить жизни. Я сейчас ударил кулаком, а мог кинжалом или напитать силой руку и разбить тебе череп!

Еще полчаса, пыхтя как паровоз, юный князь пытался меня окучивать. Было неприятно, но терпимо. Может он и был уровня подмастерья в аристократичной градации, но это были навыки лечения, и убирать боль — это одно. А вот причинять — совсем другое! И у него слишком мало энергии!

— Подожди минуту, — остановил я друга, и достал из кармана «кисет» с желейками, которые таскал с собой на всякий случай. — На, хавай!

— Что, прям, жевать? — удивился друг.

— Да, так быстрее дойдет! — совершенно серьезно кивнул.

Друг посмотрел на меня ошарашенно и потянул в рот. Бли-и-ин!

— Стой! Шучу я! — заржал я.

Андрей недоуменно на меня посмотрел.

— Да-да, просто сожми в руке, как обычно! — улыбался я.

— Ну, ты и мудак! — обиделся товарищ.

— Повторяетесь, Ваше Сиятельство! — передразнил я приятеля. — И почему это вы не знаете простых истин про желейки?

— Знаю… — обиженно пробормотал он себе под нос. — Просто устал и растерялся… Ты на меня плохо влияешь.

Андрей сжал желейку в ладони и потянул из неё силу. Занимало это минут пятнадцать, и я пока огляделся.

— Готово! — выдал друг, полностью «растворив» субстанцию и напитавшись энергией.

— Теперь давай еще раз! И не сдерживай себя!

Нам хватило ровно две минуты, пока одну руку мне всё-таки парализовало полностью, вторую частично, и я еле успел подпитать доспех, чтобы не получить шоковый удар в солнечное сплетение. Да я просто защищался, но парень молодец!

— Ай! — заорал Андросов, отброшенный ударом ноги в сторону.

— Прости друг, но ты увлекся! — хмыкнул я, пытаясь вернуть чувствительность своим верхним конечностям. Получалось плохо.