Увернулся от двух других нападающих, которые пока только пытаются продавить меня в ближнем бою. Пришли гаденыши на помощь своему лидеру.

А нет… таки слегка задел его — хромает. Слабак… Я даже не на полную силу бил!

— Ну что, где ваши понты? Почему вы теперь такие серьезные? Я же всего лишь слабый барон, так вы говорили? — издеваюсь над ними.

У главного начинают гореть гневом глаза и он создает ледяную сосульку, которую кидает в меня. Такой и убить можно. Пригибаюсь, и она врезается в ближайшую машину.

— Моя тачка! — орет его напарник.

— Ну ты и клоун, — улыбаюсь вовсю.

— Убью… Гнида…

Его тело покрывает аура льда, от которой даже земля покрывается инеем.

Теперь он серьезен, как никогда.

Какой он злой и серьезный, аж смешно. Запустил в него струей огня, которая вроде не сильно ему повредила. Да только он не умеет еще контролировать свою ауру, и поле вокруг нее. Получилось так, что огонь и лед создали пар, который теперь некисло его «подварил» и явно мешает ему видеть. А я же вижу глазами Шнырьки, и мне плевать на всё, и сейчас врубаю ему ступню в живот.

Пока меня не видят другие, я этим ударом пробил ему доспех, и по-быстрому начал наносить тычковые удары в нужные болевые зоны. Дело свое сделал и быстро отошел. Пока был в паровой завесе, меня не решались атаковать, боясь зацепить своего друга. А когда она спала, так как ауру он больше удерживать не мог, то все очень удивились.

Он стоял на коленях и дрожал.

— УБЛЮДОК… — рычал он в мою сторону, и все взгляды, что зрителей, что его друзей, были сейчас направлены на него. — Убью…

— Да? Ты всегда, перед тем, как грозится кого-то убить, ссышь под себя? — указал взглядом ему на ноги.

Кстати, зрителей прибавилось, как я погляжу. Людям в клубе тоже хотелось веселья, и я слышал уже выкрики в толпе, в которой делали ставки.

Краем глаза заметил, как Андросов, красуясь перстнем на руке, встал на пути двух молодцов, которые хотели присоединиться к драке.

Ну, да… Против его Рода не попрешь. Нужно будет, кстати, больше узнать о его Роде.

Всем было прекрасно видно мокрое пятно в районе паха, и как оно поползло дальше. А что поделать… Болевые точки, они такие. Он не мог это контролировать и даже знать об этом. А еще он был красным, как варёный рак… Ха-ха…

Послышался задорный смех.

— А купчишка ссыкуном оказался, — заржал широкоплечий парень из благородных. — Всегда говорил, что смелости у них, как у овец.

— Эй! — налетел на него словесно другой парень. — Ты на овец не гони! У моего отца их сорок три фермы, и я заявляю, что они смелее, чем этот ссыкун!

— Ладно-ладно, — поднял он руки в знак примирения. — Согласен, обоссаться, когда вас трое против одного, это точно ниже овечьего достоинства. Пошли, лучше выпьем, как все закончится.

А тут, реально, скоро все закончится. Этот, не знаю даже, как его зовут, не поднимется. Его мышцы сейчас просто выведены из строя. Будь у него больше опыта в таких делах, он смог бы привести их в тонус своим Даром, но увы…

Его напарники не могли понять, что только-что произошло, и с шоком поглядывали на ссыкуна. В принципе, можно было заканчивать этот мордобой, но вот вопрос… Зачем?

Я заставлю их запомнить, как ко мне лезть, и тем более отбирать мою добычу. У меня и так головка… то есть, голова уже пухла. А они мало того, что на моих женщин на сегодняшний вечер позарились, так еще хотели унизить меня.

Силой, мать твою… Да если у меня отберут девушку силой, я себя перестану уважать. Какой я, к черту, тогда гордый Охотник. Охотники — это не только хорошая добыча, но и умение сохранить свое. Если ты Охотник, который только теряет, то у меня плохие новости для тебя. Тогда ты не Охотник, а ничтожество, которое работает на других.

Следующие десять минут происходило форменное избиение, в котором я показывал, насколько они неправы. Каждому сломал по два ребра и челюсть, чтобы молчали в следующий раз.

А стоящего на коленях я оставил невредимым. Это еще позорнее будет для него. Уверен, он когда-нибудь захочет стать аристократом, может даже через свадьбу на бедной баронессе. И тогда всплывет эта история, как его друзья отважно сражались, а он стоял на коленях в мокрых штанах, которые стоят не менее трех тысяч рублей.

Уверен, что мое сегодняшнее действие мне может аукнуться в будущем. Но и тут мне пофиг… Быть аристократом, а заодно, быть Охотником, это нелегко. И обе эти жизни похожи. У нас всегда очень много завистников и недругов.