Если я сейчас полезу к ней с неудобными вопросами, велика вероятность, что она просто замкнётся. Надо её спровоцировать.

Я нарочито повернулся к ней корпусом, отчего кресло подо мной издало предсмертный скрип, и уставился на её грудь. Отличную, кстати, грудь. Уверен, даже без корсета она имеет идеальную шарообразную форму, упругость и мягкость. Бледная кожа в темноте казалась фарфоровой, а рыжие локоны — медной гривой. Платье чуть испачкалось. И как она умудрилась протащить моё тело от входа в цех в сам цех? Пусть это всего десяток метров, но для хрупкой девушки среднего роста протащить меня, весящего двести килограмм… Подвиг.

Наконец, она почувствовала мой взгляд и яростно зашипела, стараясь никого не разбудить:

— Эй, какого хрена ты делаешь?!

— Ты? Разве мы перешли на «ты»?

— Да, ровно в тот момент, как ты начал нагло пялиться на мою грудь!

Я пожал плечами, ответив:

— Я предупреждал.

— Чёрт, — сжала она руль, покраснев, — если бы я знала, что у тебя, Дубов, такие хамские манеры…

— То что? — подтолкнул её.

— То десять раз бы подумала, стоит ли с тобой связываться!

Есть контакт! Посмотреть на сиськи девушки, чтобы её разговорить, всегда работает. Если, конечно, не начинать извиняться и лебезить, мол, меня не так поняли. Нет. Тут надо переть напролом!

— Я тебе не навязывался, — снова пожал плечами. — Это ты ко мне неровно дышишь. С той самой встречи в Духовном пространстве.

— Что?! — Её возмущению не было предела. Она посмотрела через зеркало заднего вида назад. Троица мирно спала. — Говори тише! Эта, с синими глазами, кажется, меня не вспомнила, да?

Я оглянулся на Веронику. Она сонно почавкала губами, будто услышала, что разговор идёт о ней, и снова засопела.

— Она видела тебя всего пару секунд и в темноте. Но достаточно того, что я помню. И помню, как ты вышвырнула нас оттуда.

— И чуть сама не умерла при этом, — зло буркнула девушка. — Во второй раз. А сегодня был третий. Точнее, вчера. Угораздило тебя здесь встретить…

— Кто ты такая?

— В смысле?

Я пристально посмотрел на девушку. Она явно чувствовала мой взгляд, но встретить его не спешила.

— Ладно, не хочешь — не говори, — хмыкнул я. — Сам угадаю. Ты — Саранча.

Она дёрнулась, и её лицо перекосилось, будто я ударил её по заднице плетью.

А? Да ладно? Неужели угадал?

Графиня повернулась и попыталась прожечь взглядом дыру у меня между глаз. Я даже подумал, что сейчас она снова запустит духовной иглой, и на всякий случай создал вокруг головы защитную сферу. Правда, при этом тело пронзила такая боль, что я сразу об этом пожалел. Лучше бы духовной иглой разок получил, чем это. Видать, мои мана-каналы, по которым протекала и духовная мана, восстановились не до конца.

Сзади вдруг послышался зевок, и между нами высунулась сонная мордашка Вероники.

— Господин, а мы уже приехали? — протирая кулачком глаза, спросила синеглазка.

А мы и правда подъезжали к городу. Показались первые окраинные дома — небогатые, старые избушки простолюдинов. Мы переглянулись с графиней Вдовиной, и я мысленно пообещал ей продолжить этот разговор позже.

— Я — не она, — только уголком губ прошептала Екатерина и отвернулась.

Нет, что-то здесь было, что-то я нащупал…

Владимир оказался небольшим губернским городом. Здания невысокие, узкие улицы пусты в предрассветный час. Проехали его насквозь за полчаса и выбрались на другую окраину. Там, на берегу Клязьмы, находился небольшой судоремонтный завод, где и прятался Розен.

Его звали Арсением. Максимально странный выбор имени. Родители его, что ли, не любили?

Тёмные громады завода были обнесены бетонным забором. Сейчас, утром, оттуда не доносилось никаких звуков, но на вышках и на входе у шлагбаума стояли охранники. Чтобы не привлекать внимания, мы оставили нашу машину в лесу возле дороги за несколько километров от этого места и дошли пешком. Хорошо, что девушки захватили не только обувь на высоких каблуках, но и практичные ботинки и сапоги, как, например, Лиза. Высокие, до колена, они обтягивали её стройные ноги, придавая пепельной блондинке вид одновременно боевой и сексуальный.

Притаились на опушке. Графиня Вдовина сделала солидный глоток из своей фляжки, после чего поделилась со мной. Я не стал отказываться. Чем быстрее восстановлюсь после схватки с ней же, тем лучше.

Сейчас, в предутренних сумерках, наши силуэты потеряли краски и рассеялись на фоне голых деревьев. Ну и плюс змеиный пояс помогал. Нас не замечали.

— Ты левого, я правого, — сказала шёпотом Екатерина.

Я кивнул и сосредоточился. Духовная игла после боевой практики получилась почти идеальной. Метнул свою одновременно с графиней, и на вышках разом упали оба часовых.