После выключенных моторов наступила тишина. Захрустели шаги. Марголис и ответственный с той стороны пошли навстречу друг другу. Поздоровались за руку.

– Как здоровье? Ребрий приехал? – спросил Марголис.

– Все согласно заранее утвержденному плану. Полковник здесь и будет вести переговоры лично.

– Обговорим детали, – капитан глянул в планшетку. – Матом не ругаться. За грудки не хватать.

– Пидарасы не кричать.

– Согласны. Вопросов переделки сфер влияния не касаться.

– Это как? – не понял спецмоновец.

– Ну, в общем, не касаться других вопросов, кроме нашего неправомочно задержанного сотрудника майора Шорохова.

– Не согласен. Ваш майор совершил ряд тяжких правонарушений, повлекших за собой гибель людей, так что задержан согласно букве закона.

– Минутку, – Марголис дописал в протокол еще одно условие. – Не трактовать задержание майора Шорохова с точки зрения закона, а считать его за факт.

– А как это?

– Это чтобы не было драки, – пояснил капитан.

– Мы тоже драки не хотим.

На этом и порешили и, пожав руки, разошлись. С разных сторон поля навстречу друг другу вышли Крутохвостов и командир спецмона полковник Никита Ребрий по прозвищу Никитос. Он был в черном комбинезон, на рукаве две спаренные золотые молнии.

Сойдясь в центре, они с силой сжали руки, впрочем, каждый, убедившись в силе другого, не стал переигрывать.

– Как наш климат? Курорт, наверное, после гор? – генерал вежливо дал понять, что осведомлен о прошлом Никитоса, о его рейдах против сумитов и о том, что он личный враг более десятка сумитских мамунов, готовых выложить любые деньги за его голову.

– Зато вам после Афганистана в самый раз, – скрипучим голосом заметил Никитос.

"Блефует, не может он ничего про Афган знать, свидетелей не осталось", – успокоил себя Крутохвостов.

– Ладно, не будем понты кидать, перейдем к конкретному базару, – сказал генерал.

– Твои бойцы задержали моего сотрудника майора Шорохова, ведущего дело об убийстве.

– Бывшего майора, – лениво проговорил Никитос.

– Ведущего дело о жестоком убийстве на Атлетической сына министра нефтяной промышленности Георгадзе, – продолжил, не моргнув глазом, генерал. – Дело взято на контроль Председателем правительства.

– Мне это не интересно. Я приказы не из Москвы получаю и подчиняюсь лично капитану порта господину Темнохуду.

– Думаешь, Иван Иваныч тебя прикроет в случае чего? Ошибаешься, таких как ты мауглей по России полно и заменить тебя легко.

– Послушай, местный, – с невыразимым презрением произнес Никитос. – Я привык сам себя прикрывать, Иван Иваныч тут не при чем. Что касается твоего майора, то влип он по самые бакенбарды. Устроил стрельбу в подведомственном мне районе, игнорировал требования моих людей, чем подверг их неоправданному риску.

– Они, конечно, рисковали, носясь по мирному городу на девяти тонной бронированной махине, но не больше тех, кишки которых намотали на колеса, – генерал стал медленно, но верно заводиться.

– Клевета, – нагло опроверг его слова Никитос. – Люди пострадали от твоего бешеного майора, и мы его задержали. Кстати, хорошо, что ты мне напомнил об этом эпизоде, мы ему инкримируем наезд. Вкупе со стрельбой, неподчинением спецмону, думаю, это тянет на пожизненное. Кстати, ты бы о своих погонах подумал, генерал, они тоже не на клею. Не дай бог, снимут.

– Ты за мои погоны не бойся, они не клеем скреплены, а кровью. В том числе таких недальновидных придурков как ты, полковник. Ты, конечно, позаботился о том, чтобы сразу оцепить район и ликвидировать все следы наезда спилера на гражданскитх, но не учел одного. Ты чужак. Я брошу клич и кину все ГАИ на поиск свидетелей, и они найдутся, будь уверен. А чтобы мотивировать людей, сообщу всем, что спецмоновцы раздавили свадебный кортеж. Думаешь, и после этого люди будут молчать? Должен тебе сообщить, что у нас очень не любят спецмоновцев, ты, наверное, об этом не знал. Да я целый квартал свидетелей притащу.

– Да плевать я хотел на твоих свидетелей. У меня кровников целый полк сумитов!

– Полк сумитов это дерьмо собачье по сравнению с разъяренным городом. Вас будут рвать на куски. Вы будете защищаться, прелестно, чем больше жертв, тем сильнее вероятность, что ты сядешь в СИЗО. А где у нас ближайший следственный изолятор для офицерского состава? Какое совпадение, в Старокрестовске, как раз на границе с сумитами. И охрана там желторотые срочники, которые тебя за пачку Беломорканала продадут.