По-прежнему было тихо, хотя в домах за заборами горели огоньки. Докрутив ручку до победного конца, я вытащила бадейку из колодца. Боковым зрением я увидела тень, шмыгнувшую по стене ближайшего сарая. Ее появление меня удивило, ведь ни единого звука вокруг слышно не было. Я подняла глаза и увидела рядом с собой какого-то паренька лет шестнадцати. То, что я не услышала, как он подошел, меня еще больше удивило. Вид у парня был нездоровый. Лицо землисто-серое от бледности, вокруг глаз темные круги. Сами глаза лихорадочно горели. Я даже сказать ничего не успела, как он вдруг прыгнул прямо на меня. В его легких гибких движениях было что-то звериное. От неожиданности я опешила. Скажу больше: я испугалась.

Но реакция у меня хорошая. Еще не сообразив, что происходит, я успела отпрыгнуть в сторону. Бадья, отпущенная мной, расплескалась, упав рядом с колодцем на землю. Парень приземлился в нескольких метрах от меня на обе ноги ловко, как кошка, даже не сгруппировавшись. В ту же секунду он снова прыгнул ко мне. Из его горла вырвался неприятный сиплый хрип. На лице застыл неестественный оскал. Я снова успела отскочить и отступила к двери сарая. Ощущение было такое, что парень сошел с ума. Поэтому выяснять, что ему нужно, даже не хотелось. И еще я поняла, что убежать не успею. Движения мальчишки были до того быстрыми, просто нечеловеческими. Краем глаза я искала рядом с сараем какой-нибудь подходящий для обороны предмет.

Из полутьмы к сараю метнулась другая фигура. Дина промчалась мимо колодца, попутно схватив мое ведро, бросилась к странному парню и наотмашь ударила его донышком ведра по затылку. Парень рухнул, потеряв сознание. Я отступила на шаг, тяжело дыша от изумления и испуга. Дина склонилась над нападавшим.

— Переверни на спину. Быстро, — бегло осмотрев парня, хладнокровно распорядилась она, — Подержи за плечи. И гляди, чтоб не очнулся.

Я сомневалась, что после такого удара можно быстро очнуться, но послушно выполнила все, что мне говорили. Дина быстро огляделась по сторонам. Улица была все также тиха и безлюдна. Моя сестра достала из-под тужурки длинный светлый предмет — тонкий колышек из струганного дерева, остро отточенный, в полутьме напоминавший клык.

— Что ты де…, - я не смогла выдохнуть и договорить.

Динины руки взметнулись в воздух, занося кол. Потом удар, хруст грудной клетки и противный треск разрывающихся тканей. Я сдавленно икнула и не смогла устоять на ногах. Сев на землю в головах тела, из груди которого торчал кол, я в немом и бездвижном ужасе смотрела на Дину. Она шарила глазами вокруг сарая. Потом шагнула мимо меня и толкнула дверь. Она открылась.

— Ну, вот, повезло.

Дина заглянула в сарай и вышла, держа в руке топор. Я метнулась в сторону, судорожно отползая прочь. Но Дина и не глядела на меня. Она склонилась над убитым парнем, взяв топор обеими руками и примериваясь. Потом один резким ударом снесла парню голову. Я оцепенела. Тишина вокруг резала слух.

— Посмотри, — Динин голос был мрачен, но деловит и спокоен.

Она подняла отрубленную голову за волосы и поднесла ко мне, почти к самому лицу. Я опять икнула, глядя на искаженные смертью черты. Потом, поняла, что их исказила не смерть. Наоборот теперь, с ее приходом, они начали разглаживаться и успокаиваться, словно что-то неведомое отступало и освобождало навсегда. Дина бестрепетно засунула мертвой голове два пальца в рот, приподнимая верхнюю губу.

— Видишь?

Пересилив отвращение, я глянула в открытый рот и увидела зубы. Они были слишком белыми и слишком длинными. Странно даже, как они умещались в ротовой полости. Это зрелище было абсолютно нереально и смахивало на…

— Это что…вампирские клыки?! — истерическим шепотом заорала я.

— Ну да, — спокойно подтвердила Дина.

— Нет!

— Увидеть, значит, поверить. Кажется, так говорят?

— Я вижу, — я опять попыталась отползти, — Но я не верю!

— Вот он бы тебя порвал, как бы ты тогда не поверила, — фыркнула Дина и положила голову рядом с телом.

Опираясь руками о землю, я заставила себя подняться на ноги. Желудок сдавила жесткая рука. Противный сладковатый вкус начал подниматься вверх по пищеводу, щекоча горло, и рот наполнился рвотной массой. Я бросилась за угол сарая, где с радостью рассталась с ужином.

— Ох, жизнь моя, жестянка. Да ну ее в болото, — вздохнула Дина, шаря по карманам, — Вампиры атакуют, маман сбежала, сеструха блюет.

Она вынула из кармана небольшой предмет и вложила его в рот отрубленной голове. Вытирая рот ладонями, я осторожно приблизилась к Дине.

— Это что, чеснок? — спросила я, отважившись заглянуть в приоткрытый зубастый рот с почерневшими губами, — Неужто правда помогает?

— А то, — ухмыльнулась Дина, — Ты, наверное, слышала, что даже комары не любят кусать тех, кто поел чесноку? Пора валить, пока не нарисовались другие. А то совсем стемнеет, Глебовы на порог не пустят.

Она зацепила меня под локоть и потянула от колодца прочь.

— А он? — я оглянулась на обезглавленное тело, — Тут оставим?

— Свои подберут. Хотя этот товарищ им больше не товарищ, — зловеще усмехнулась Дина и ускорила шаг.

— Те на мотоциклах? — догадалась я, — Они просили им открыть и Лена тоже, потому что не могли войти в дом без приглашения. Так это все правда? А Лена, ты ее…

— Пойдем, пойдем, — Дина подтолкнула меня в спину.

Мы пробежали по улице в обратном направлении к дому Глебовых. Все больше темнело. Когда мы прошмыгнули в ворота, взбежали на крыльцо и заскочили в терраску, на землю окончательно опустилась ночь. Мы заперли входную дверь на задвижку и прошли в сени. Под дверью горницы горел свет, слышался звук работающего телевизора. Я заглянула и увидела взволнованные лица хозяев, сидевших на диване.