— Да. Я об этом слышала.

— Наверное, нет в округе человека, кто бы не слышал. — Пепп вновь чихнул. — И теперь я должен предупреждать всех, что на свободе опасный преступник. А преступник этот — любимчик округа. — Он уставился в темноту за окном кафетерия. — Пустой номер. Парень знает здешние леса лучше ястреба. И хитер, как лис. И наверное, девяносто процентов жителей округа не верят, что он способен на убийство этой Саймс. Они не моргнув глазом укроют его от закона. — Пепп помолчал. — А те, кто не верит в его невиновность, скорее застрелят его из злобы, чем приведут в тюрьму.

Фейрер улыбнулась:

— Кузен-заложник не помог?

— Так мои помощники взяли заложника?

— Об этом они шептались, когда пришли поужинать. Как я понимаю, идея не твоя.

— Разумеется, не моя. Я их отругал, но не дал сказать ни слова. Глупцы. Насколько мне известно, в полицейской работе методы ближневосточной политики неприменимы.

Фейрер положила локти на прилавок, наклонилась вперед:

— Я слышала, Марта Джейн много чего наговорила про тебя, Пепп.

Под короткими рукавами униформы Пепп видел белоснежные, изящные предплечья с упругой кожей.

— Ты, наверное, услышала об этом раньше меня.

— Скорее всего.

— А есть что-нибудь такое, чего ты не слышишь, Фейрер?

— Если и есть, то совсем немного.

— Управлению шерифа пора нанимать тебя на службу. Нам нужен департамент разведки.

— Еда, что спиртное, Пепп. У людей развязываются языки.

— Так трудно сосредоточиться на работе. — Пепп изучал дно пустой кофейной чашки. — Стараюсь думать, где сейчас Скайлар, что надо делать, а мысли возвращаются к двадцати двум годам, прожитым с Мартой Джейн… Сэмми в университете…

Фейрер прошлась взглядом по стене над головой Пеппа.

— Как я понимаю, домой ты не поедешь. Пепп сухо улыбнулся:

— В тюрьме есть одна пустая камера.

— Ты уже там спал, Пепп? В тюремной камере?

— Да.

— Повезло тебе с женой.

— У нас давно уже нелады.

Фейрер выпрямилась:

— Я собираюсь закрываться. Почему бы тебе не подняться в мою квартиру, Пепп? Прими душ. Я приду, как только приберусь здесь.

Пепп вытаращился на Фейрер:

— Я не могу этого сделать.

Фейрер пожала плечами:

— Почему?

— Я собираюсь разводиться. Я не могу подняться в твою квартиру. Даже на несколько минут.

Фейрер смотрела на фризеры.

— Я-то рассчитывала, что ты проведешь со мной ночь.

— Разве я могу так поступить с тобой? Если мы проведем ночь вместе, завтра об этом будет говорить весь округ.

Фейрер искоса взглянула на Пеппа:

— Обо мне никто не сплетничает, Пепп. Во всяком случае, в последнее время. Я живу и работаю двадцать четыре часа в сутки у всех на глазах на городской площади. И о тебе, кроме Марты Джейн, никто никогда ничего не говорил.

— Я помню Фейрер Келли из начальной школы. Как ты тогда выглядела. Желтые косички и поцарапанные коленки.

— Чушь, Пепп. Ты мне всегда нравился. Или ты об этом не подозревал?

Пепп рассмеялся:

— Если ты неровно дышала ко мне, почему ты каждое утро двенадцать лет подряд ставила передо мной маленький стаканчик сливок, зная, что я пью черный кофе?

— Просто хотела, чтобы ты обратил на меня внимание.

— Похоже, не очень старалась.

— Это ты медленно соображаешь.

Они улыбнулись друг другу через прилавок.

— Я подозревал, — у Пеппа перехватило горло. — Но я помнил, как ты сказала, купив этот кафетерий, что с мужчинами ты покончила.

— Сказала. И не отказываюсь от своих слов. Так и было. — Косметикой Фейрер не пользовалась. И не требовалась она ей, разве что припудрить тени усталости под глазами. Четырнадцатичасовой рабочий день, семь дней в неделю, не позволял накопиться лишнему жиру, так что фигура Фейрер сохраняла стройность. Светлые волосы она заплетала в косу. — Посиди в ванной, Пепп. Я приду и кое о чем напомню тебе.

Медленно он поднялся, положил деньги на прилавок.

Фейрер сунула деньги в кассу, отсчитала сдачу.

— Оставь, — отмахнулся он.

— Благодарю. — Фейрер бросила сдачу в кувшин, что стоял на полке за ее спиной.

— Ты серьезно? — спросил Пепп.

Опять она пожала плечами:

— Тебе обязательно надо принять ванну.

В полном замешательстве Пепп стоял посреди кафетерия. Огляделся.

— Слушай, а я ведь не помню, как пройти к тебе в квартиру.

— Тоже мне детектив. Через дверь, на которой написано: «Запасной выход». В конце коридора лестница.