Они поехали в «шевроле» Моралеса. Паз занял место пассажира.

– Прямо как в старые времена, – заметил Паз.

– Не совсем, – сказал Моралес, и остаток пути они провели в мрачном молчании.

Финнеган, как и можно было предвидеть, не обрадовался, увидев их. Как и его напарник, Рамирес. Они вчетвером уселись в комнате для допросов без окон в штаб-квартире шерифа в Дорале, к северо-западу от города Майами, большом современном здании, похожем на терминал аэропорта, разве что не таком уютном. Финнеган предпочел обойтись без лишних разговоров и сказал напрямик:

– Давайте сразу расставим все по местам: мне приказали с вами сотрудничать, и приказ я выполню. – Он указал на стопку папок и большой картонный сшиватель на столе. – Это материалы по делу об убийстве Кальдерона. Я так понимаю, он ваш отец.

– Верно, – сказал Паз.

– Вообще-то это не в правилах полиции округа поручать расследование убийства близкому родственнику жертвы. Не понимаю, почему шериф на это согласился.

– Для прикрытия своей задницы, я думаю, – вежливо сказал Паз. – Я знаю, вы очень заняты, и мы постараемся не отнимать у вас много времени.

– Соболезную вашей утрате, – сказал Рамирес, судя по тону не испытывавший ни малейшего сочувствия.

Паз наградил его взглядом, какой бросают на громко рыгающего пьяницу, и снова обратился к Финнегану:

– Мне потребуется пара часов, чтобы ознакомиться с этими материалами. Мне бы хотелось встретиться с вами обоими после того, как я закончу.

– Если мы будем свободны, – ответил Финнеган, после чего двое детективов полиции округа встали и вышли из комнаты.

Рамирес, выходя, напевал «Эта старая черная магия».

– Ты еще не читал эти материалы, Тито?

– Нет, но Финнеган просветил меня по части того, что он нарыл.

– Но вообще-то в округе нас не любят, дескать, они такие профессионалы, а мы такие испорченные.

– Это я такой испорченный, – поправил Моралес.

– Моя ошибка. Почему бы тебе не воспользоваться ситуацией и не почитать? Уверен, тут полно всякого дерьма, о котором Финнеган и не заикнулся.

Оба они погрузились в чтение. Правда, Паз время от времени делал пометки в блокноте, а вот Моралес просто читал и, как показалось Пазу, не особо внимательно.

– Что скажешь? – спросил Паз, когда они оба закончили.

– Это согласуется с версией о том, что оба убийства – дело рук колумбийской банды.

– Все, что угодно, согласуется с любой теорией, если правильно подобрать улики. Но ради дискуссии предположим, что ты прав. Объясни тогда, при чем здесь ягуар?

Моралес пожал плечами и отмахнулся.

– Эй, мы же вообще ничего не знаем об этих людях. Может быть, это фирменный знак. Некоторые банды перерезают горло и вытягивают язык через разрез, некоторые банды отрезают парню пенис и засовывают ему в рот. Ну а фишка этой шайки в том, чтобы выпотрошить жертву, забрать часть внутренностей и представить дело так, чтобы убитый выглядел растерзанным ягуаром. Может, они называют себя бандой ягуаров или еще как. Вообще хрен их, колумбийцев, знает, что им может взбрести в голову.

– Вот оно что; значит, ты думаешь, будто никакого ягуара вообще не было?

– Не совсем. Следы, конечно, были, но их вполне могли нанести палкой с отпечатком лапы ягуара.

– И то же самое с отметинами от когтей.

– Правильно.

– И повреждения жертвам нанесены холодным оружием, какой-то разновидностью клинка.

– Это возможно, но…

– То же самое ты думаешь насчет прыжка на высоту пятнадцати футов в окно виллы Кальдерона, а потом, когда дело сделано, перемахивания через десятифутовый забор.

– Возможно, парень был профи, альпинист или кто-то в этом роде.

– Отлично, Тито. Значит, колумбийский альпинист, псевдоягуар, убийца, имея в своем распоряжении лишь какой-то клинок, запросто взбирается по голой пятнадцатифутовой стенке. Повиснув на ней, он открывает окно, расправляется с Кальдероном, который вооружен, поскольку ожидает нападения, заодно приканчивает колумбийского охранника, тоже вооруженного и даже успевшего пальнуть. Потом он смывается от целой оравы вооруженных охранников, причем ни один из них его даже не видит, ибо больше в ту ночь стрельбы там не было, хотя ребята такого типа склонны выпускать по целой обойме по куда меньшему поводу. Это даже больше того, что способен проделать обычный колумбийский ниндзя, альпинист, псевдоягуар и убийца. С другой стороны, мы про него знаем две важные вещи.

– Какие?

– Ну, первое – он оставляет отпечатки пальцев. Полиция округа обнаружила прекрасную их подборку за железными воротами заднего двора дома, куда дал деру этот малый. Они не совпадают ни с одними из тех, кого им удалось найти, но не это главное. Этот парень выигрывает кубок года, но забывает надеть перчатки. Такой вот он забывчивый и небрежный, наш колумбийский ниндзя, альпинист, псевдоягуар и убийца.

– Ладно, и какова твоя версия?

– Ты не собираешься спросить меня, что второе?