— Я предлагаю попробовать, — с деланной серьезностью сказал Кейн. — А на то, как я это делаю, жалоб пока не поступало.

— И с кем же, кроме меня, ты занимался тем, на что не поступало жалоб? — вспыхнула Гленна. — Или, может быть, у тебя бывали посетительницы, пока ты сидел в тюрьме?

— Чертовка! Ты же отлично знаешь, что с тех пор, как я тебя увидел, у меня не было и не могло быть других женщин. Ведь ты же околдовала меня, разве не так? И я люблю тебя.

— Тогда докажи, что любишь, — хрипло прошептала Гленна, запрокидывая голову и прикрывая глаза.

За окнами все так же ревел ураган, продолжая срывать черепицу, озаряя все небо вспышками молний, но Гленне было уже не до него. Она вместе с Кейном уносилась сейчас на крыльях другого урагана — урагана страсти.

— Интересно, как пережил вчерашний ураган наш Бен, — сказала Гленна, глядя в окно на поломанные ветви и вырванные с корнем молодые деревца. Ураган унесся прочь, и с прозрачного синего неба теперь ярко сияло солнце, освещая щедро умытую листву.

— У тебя хватит сил на то, чтобы совершить небольшую прогулку? — спросил Кейн. — Мы могли бы съездить верхом на «Надежду Два» и проведать Бена.

— Конечно! — радостно откликнулась Гленна. — Погляжу на родные места, ведь мы с тобой скоро уедем отсюда. Когда я снова здесь окажусь и окажусь ли вообще?

— Окажешься, и гораздо быстрее, чем думаешь, — заверил ее Кейн, и Гленна ответила ему удивленным взглядом. — Я не собираюсь весь свой век корпеть за конторкой, как Джеймс. Я всей душой успел полюбить эти края, Дикий Запад. Так что я предлагаю съездить в Филадельфию, забрать Дэнни и втроем вернуться в Денвер.

Лицо Гленны просияло, на нем появилась широкая улыбка-и тут же погасла.

— Что с тобой, любовь моя? — спросил ее Кейн. — Разве ты не рада тому, что мы вернемся в Денвер?

— Ах, нет, Кейн, не в этом дело, — быстро заговорила Гленна. — Просто я не могу дальше жить с тобой. Это будет нечестно по отношению к Дэнни. Я хочу оградить нашего сына от сплетен.

— О чем ты, Гленна? Жена должна жить вместе со своим мужем. И как, скажи на милость, это может сказаться на нашем сыне?

— Жена? Но ты никогда не говорил…

— Неужели я должен объяснять такие очевидные вещи? Мы должны были обвенчаться с тобой еще год тому назад. Я женюсь на тебе, как только мы доберемся до города. Шериф Бартоу и его жена будут нашими свидетелями. Нет, милая, так просто тебе от меня не отделаться!

— Ах, Кейн, я так люблю тебя! И, мне кажется, я совсем тебя недостойна.

— Ты рождена для меня, дорогая. И с этой минуты ты только моя.

К этому времени Кейн и Гленна, сидевшие вдвоем на сером жеребце, подъехали к хижине, построенной на «Надежде Два» еще людьми Джадда. Возле нее паслась старая Бетси, а значит, и Бен тоже где-то здесь, неподалеку. Ночной ураган наделал бед и здесь, оставив после себя вывороченные с корнем деревья и разметав доски, из которых были сложены лоток и желоб для промывки породы. Правда, самого Бена не было видно, очевидно, тот отправился вверх по течению на своих двоих.

Кейн и Гленна прошли немного вдоль речного берега и вскоре увидели Бена. Он стоял как вкопанный на вершине каменистого холма. Кейн приложил руки ко рту и громко позвал Бена, но тот не шелохнулся.

— Что это с ним? — озабоченно спросила Гленна.

Кейн пожал плечами и снова закричал. На этот раз Бен ответил им, но очень странно. Он вдруг принялся подпрыгивать, размахивать руками и выделывать такие коленца, которым позавидовал бы любой молодой танцор.

— Давай подойдем к нему, дорогая, — предложил Кейн, беря Гленну под руку. — С нашим Беном явно что-то случилось. Он словно с ума сошел.

Холм оказался довольно крутым, и восхождение на него заняло не менее получаса. Наконец Кейн и Гленна вскарабкались на вершину и остановились, тяжело переводя дыхание.

— Слава святому Создателю, девочка! Твой отец оказался прав! — воскликнул Бен, сверкая своими голубенькими глазками. — Тут она и была, у всех под самым носом. Нужно быть слепцом, чтобы не увидеть. Впрочем, и я таким же был до вчерашнего дня. Спасибо урагану, это он помог мне увидеть то, чего никто не заметил.

— О чем ты толкуешь, Бен? — удивилась Гленна.

— Жила, девочка! Материнская жила!

— Так ты нашел ее? — закричала Гленна, вне себя от радости.

— Да, она здесь, мисс, — энергично кивнул Бен.

— А где именно? — возбужденно спросил Кейн.

— Вчера ураган повалил вон то дерево. Взгляните-ка, — показал рукой Бен.

Поваленное дерево оказалось большим. Там, где совсем недавно были его корни, теперь образовалась яма, большая, почти в два метра глубиной. Но не к ней повел Бен Кейна и Гленну, а к скале, возле которой стояло дерево до урагана. Падая, оно зацепило и содрало верхний слой породы. Теперь обнажилась сама скальная поверхность, и она сверкала в лучах солнца, словно огромный самородок.