— Дело обретает любопытный оборот! — заметил он. — Теперь давай посмотрим, не осталось ли каких-либо следов на дереве. Я попытаюсь на него вскарабкаться.

— Побереги штаны, — язвительно заметила Энни, когда он схватился за нижнюю ветку, чтобы подняться.

— Я включу их стоимость в сумму непредвиденных расходов, — отшутился Грейди и полез вверх по клену.

Он не практиковался в лазании по деревьям с мальчишеской поры, но не утратил былых навыков. Не прошло и минуты, как он очутился на довольно-таки приличной высоте и, опершись на сук, взглянул на особняк.

— Да, попасть в окно мог лишь профессионал, — промолвил он и в следующий миг увидел на веточке у себя над головой клок черной ткани. Очевидно, злоумышленник оставил его, зацепившись за острый сучок.

На Диккенсе был вязаный пуловер черного цвета, когда он явился к дверям спальни Арчи по звонку Митци. Значит, обыск в его комнате нужно провести, как только представится подходящий случай. Грейди снял кусочек ткани с ветки, спрятал его в карман, спустился с дерева на землю и сказал:

— Стреляли, несомненно, отсюда.

— Там, случайно, не остались нацарапанные инициалы стрелявшего? — спросила Энни. — Может быть, этот парень решил увековечить память о себе на этом стволе?

— К сожалению, нет, — разочаровал ее Грейди, улыбнувшись, однако не стал рассказывать ей о своей находке, помня, что профессиональному детективу следует держать рот на замке, а не разбалтывать секреты следствия вздорным девчонкам, сующим свой любопытный нос в чужие дела. — Мы находились в полусотне шагов от этого места, когда раздался звон разбитого стекла, — продолжил он рассуждать вслух. — Следовательно, злоумышленник залез на дерево еще до того, как мы вышли из дома.

— Спустя полчаса после ужина, — добавила Энни, ухватив нить его рассуждений. — Вместе с нами в гостиной был Джефферсон, Мейси отлучалась в туалет. Она вне подозрений, поскольку работает на тебя. А вот Диккенс, помнится, ушел, как только подал всем кофе. Впрочем, кое-кто покинул столовую сразу после десерта. Так что выходит, что стрелять мог любой из них.

— Или же наемный убийца, — добавил Грейди. — Эта игра стоит свеч.

— Ты думаешь, что в этом деле замешан посторонний? — воскликнула Энни, приходя в неописуемое возбуждение.

— Я этого не исключаю, — сказал Грейди. — Однако нам пора возвращаться. Утро вечера мудренее.

— Ты хочешь сказать, что намерен отложить допрос подозреваемых до утра? — удивленно спросила Энни, семеня за ним по дорожке. — Но ведь преступление следует раскрывать по горячим следам!

— Послушай, неугомонный юный сыщик! — вздохнув, сказал Грейди. — Во-первых, допросить мне сейчас все равно никого не удастся: Арчи наглотался снотворного и уснул, остальные же либо пьяны, либо совокупляются, как кролики. А во-вторых, серьезное дело лучше начинать на свежую голову.

Но Энни была с этим не согласна.

— За ночь они успеют замести следы и придумать себе алиби! — заявила она.

Грейди взял ее за руку и ускорил шаг.

— Возможно, ты и права, — сказал он. — Но с этим ничего нельзя поделать. В расследовании любого преступления многое зависит от счастливого случая.

— А как насчет Диккенса и врача? — упорно стояла на своем Энни.

Грейди открыл дверь и втащил ее в вестибюль.

Они поднялись по лестнице. Он молчал, обдумывая ее вопрос. Но мысли путались, мешаясь с обрывками ярких воспоминаний о поцелуе в саду. Они подошли к двери комнаты Энни, Грейди тряхнул головой и сказал:

— Возможно, врач уже уехал. Но он не мог оставить таких следов.

— А дворецкий? Ведь он чистит всю обувь и мог этим воспользоваться! К тому же он худой и высокий, что соответствует приметам злоумышленника.

Грейди наклонился, поцеловал ее в носик и сказал:

— Юному сыщику пора спать! Лучше пожелай мне спокойной ночи, Энни! Ну, будь же послушной девочкой! Ступай в кроватку.

Он повернул дверную ручку и распахнул дверь ее спальни. Она вошла и, включив свет, воскликнула:

— Похоже, что сегодня мне вряд ли удастся здесь уснуть. Взгляни, во что они превратили мои вещи! Это настоящий погром.

Грейди окинул взглядом комнату и в сердцах вскричал:

— Вот сукины дети! Нет, в таких условиях я не стану работать и за пять тысяч долларов в день!