— Ну, ладно… Как там Саша? — спросил он, так же уныло глядя, как Анжелика идет отпирать входную дверь. По всей видимости, депрессия его усугублялась с каждой минутой.

— Нормально, — дипломатично отозвалась Анжелика. — Только Лена болеет.

— Это его жена?

— Да. Ты ему лучше сейчас не звони.

— Что-то серьезное? — без особого интереса спросил Юра. Ему просто не хотелось уходить.

— В основном она плохо спит, — ответила Анжелика и в общем не покривила душой.

— Хорошо, не буду звонить. Маша, знаешь, тоже не хочет, чтобы я ей звонил. Как ты думаешь, а можно все-таки это сделать? А ее телефон можно следователю дать?

В его голосе звучало такое неистовое желание пообщаться, поделиться своими горестями, что у Анжелики возникли некоторые сомнения — хорошо ли выставлять человека в таком состоянии? Но ей сейчас было не до него, и она слегка, дружески толкнула его ладонью в спину:

— Все уладится. Все уже улаживается. Вы же не виноваты, ну а все остальное — пустяки. Ладно, спокойной ночи.

— Знаешь, Лика, — он цеплялся за дверной косяк. — А ведь тогда, когда я к тебе первый раз пришел, я решил, что это ты убила мужа.

— Что?!

— Помнишь, ты мне говорила, что тебе кажется, будто в комнате чего-то не хватает?

— Не хватало малахитовой подставки!

— Да, теперь-то я знаю… Но тогда, знаешь, я решил, что ты говоришь о кубке. Понимаешь, ведь мать принесла ему кубок, когда он был еще жив, разумеется. Потом, до того, как я пришел и увидел его труп, прошло часа полтора. За эти полтора часа его убили. Тот, кто убил, обязательно видел кубок! Он даже мог его украсть, но почему-то не украл… А потом я его забрал. И вот ты мне сказала, что из комнаты что-то пропало…

Анжелика посмотрела на него расширенными от гнева глазами и в конце концов заявила, что это у него в голове чего-то не хватает, а чего — пусть соображает сам. Сказала также, что в жизни не видела такого типа, как он, что от него одни неприятности и что пусть он выкинет свои дурацкие идеи из головы, если хочет еще когда-нибудь прийти к ней в гости. Резко оторвала его пальцы от косяка, распахнула дверь и велела ему идти к своей мамочке. Он вылетел как ошпаренный, и последнее, что она увидела, захлопывая дверь, были его изумленные, обиженные, совершенно лягушачьи глаза.

Женя явился через час с небольшим. За это время она переоделась, сделала свежий и особенно тщательный макияж, прибралась в обеих комнатах и покрасивее расставила в вазе его цветы. Потом рассердилась на себя за эти приготовления и сказала себе, что уж в первый-то раз, когда он ее сюда втолкнул, ему было наплевать, как она выглядит, значит, нечего теперь стараться. Но при этом в глубине души понимала, что злится не на него, а на себя — за свое волнение.

— Ничего, что я так вломился? — спросил он, проходя за ней на кухню и почему-то потирая руки, будто вошел с мороза.

— Я же тебя пригласила. — Анжелика старалась держаться спокойно, но удавалось это плохо. — Будешь что-нибудь?

— Да я ел.

— Я же не предлагаю тебе пообедать. Может, кофе?

Он согласился, что чашечка кофе не помешает. И пока девушка возилась с кофеваркой, гость, сидя за столом, который был ему определенно тесен, непрестанно покашливал, похмыкивал, так .что ей хотелось спросить, не подавился ли он чем-нибудь. Наконец Анжелика поставила перед ним чашку:

— Ничего к кофе нет, уж прости. Не успела купить, весь день бегала.

— Да мне ничего не нужно, — немедленно отозвался он, по вежливой традиции всех непрошеных гостей. — Что нового?

— У меня есть адрес женщины, которая знает адрес близняшки… Вот.

Она выложила перед ним клочок бумажки, на котором записала Машины координаты. Тот вчитался и нерешительно кивнул:

— Здорово… Но может, ты сама ей позвонишь?

Мне как-то неудобно, она же меня не знает. Пошлет подальше, и все…

— Ну, давай.

Она сбегала и набрала номер, записанный на бумажке. Долго никто не подходил к телефону, наконец в трубке раздался хриплый, надсаженный голос:

— Але.

— Здравствуйте, — защебетала Анжелика, попутно соображая, что говорит с отцом Игоря. — Нельзя ли позвать Машу?

— А кто спрашивает?

— Подруга.

— Из магазина, что ли? — подозрительно спросил мужчина.

— Нет… Маша дома?

— Нету ее.

— А когда она вернется?

— Не знаю. Утром… — прохрипел мужчина. Она ночью работает.

— Ну, тогда простите.

Анжелика вернулась на Кухню и с сожалением доложила:

— Адрес можно будет узнать только утром.