— Это почему?!

— Он ничего мне не обещал, — коротко пояснила та. — Так чего ради я должна была бросать вот его? — Она показала сигаретой в сторону мужа и затем раздавила окурок в пепельнице. — За кого мне было выходить замуж?

— Действительно, кому ты нужна? — поддакнула Анжелика. — Я удивляюсь, каких баб находил себе Игорь! Сперва эта Ада Дмитриевна, потом ты…

— Какая Ада Дмитриевна?!

— Соседка напротив. Ты что — не знаешь? Саша тебе не рассказал?

— При чем тут соседка? — беспомощно спросила Лена. Она посмотрела на мужа, тот слегка пожал плечами, а Анжелика злорадно улыбнулась:

— Как, это для тебя тайна? Саш, а эту тайну можно выдать?

— Да ради бога.

— Ада Дмитриевна, наша милейшая соседка лет пятидесяти, крашеная, толстая, высоченная баба со скверным характером, — вдохновенно и жестоко рассказывала она, — была любовницей нашего Игорька… Я говорю «нашего», видишь, я не так ревнива, как ты! Я забыла, Саша, давно она была его любовницей?

— Около года.

— Да, конечно, не так долго, как ты, — издевательски вздохнула Анжелика, обращаясь к замершей Лене. — Но видно, в конце концов ты стала ему надоедать, вот он и завел новую красавицу… Что поделаешь! А в общем, я вижу, что он не искал счастья за синими морями, за дальними лесами, как добрые молодцы из сказок. Брал то, что поближе лежит. Соседку по площадке, жену брата…

Ее вдохновенно-издевательскую речь прервала Лена. Она возмущенно выкрикнула:

— У него ничего не было с этой бабой!

— Откуда тебе знать?

— Это глупо!

— У меня есть доказательства, что у него все было! — отрезала Анжелика. — Но ты, милая, столько натворила, что никаких доказательств я тебе больше предъявлять не буду. Ты пообещала сходить в милицию? Хватит с тебя окурка сигареты. Оставь себе на память.

Она взглянула на Сашу и по его виду поняла — и о том, что Юра и Ада Дмитриевна курят «Данхилл», он жене не сообщал.

— При чем тут окурок! — продолжала возмущаться Лена. — Я эту женщину не знаю и знать не хочу, но я знаю одно — у Игоря никогда ничего с ней не было! Откуда ты это взяла?

— Так я тебе и сказала, — с наслаждением ответила Анжелика. — Хватит с тебя того, что я это знаю, я, слышишь?

— Оба вы с ума сошли, — проворчала Лена. Но видно было, что она сильно нервничает. — Придумали.

— Зачем нам это придумывать? — Саша окончательно встряхнулся, расшевелился, даже стул под ним стал скрипеть — Саша раскачивался на нем по своей всегдашней привычке. — Чтобы тебя позлить? Ладно, бог с ней, с соседкой. Меня другое интересует. Что ты ему рассказала?

— Все!

— Все? — недоверчиво повторил он. — И про банковский счет — тоже?

— Да.

— Почему же он не пошел в банк и не перевел все деньги на себя? Счет как был общим, так и остался!

— Я не знаю почему… — вздохнула она. — Я ему говорила — надо немедленно переделать счет… Но он сказал, что сам этим займется.

— Странно, — протянула Анжелика:

— Он всегда так трясся за свои денежки… А может, он не принимал всерьез наш план?

— Принимал, — отрезала Лена. — И даже не слишком удивился, когда все узнал.

— Хватит! — вмешался Саша. — Я что-то ничего не понимаю с деньгами… Но ведь она, — он указал на Анжелику, — сняла деньги за три дня до его смерти… Если он знал, что мы готовим, может, он и про это знал?

— Да, — кивнула Лена. — И тогда он мне сказал, что видно, вы пойдете на все. И еще сказал, что ничего другого от вас не ждал.

— Тогда тем более непонятно, почему он оставил в покое счет!

— Мне тоже непонятно.

— А он знал, что после его смерти мы собираемся поделить все оставшиеся деньги?

— Он все знал! — с ненавистью подтвердила Лена. — И про Ликины долги, и про ее проигрыш, и про ее расписку под проценты, и про твои долги, и про твой совет его убить, и про деньги… Все это не слишком похоже на шутку! Он все знал с самого начала, с того дня, как вы рассказали об этом мне! Можете не сомневаться!

— Господи… — прошептала Анжелика. — И все эти дни мы жили вместе, и он молчал! А мне казалось — все идет как обычно, он ни о чем не подозревает… По нему ничего не было заметно! Но как же так! Значит, получается, что он знал, что это именно вы звоните в дверь?!

— Конечно, — невозмутимо ответила Лена, обращаясь больше к мужу. — Ведь я ему сообщила, что мы придем его убить.

— То есть меня убить! — кивнул он. — Вела меня на убой, как барана!

— Вот именно, — тихо ответила Лена. — Только он не открыл нам. До тебя хоть дошло или нет?

Он не открыл ни в первый раз, ни во второй… В третий мы сами открыли дверь. Я все эти три дня звонила ему, умоляла — не затягивать, иначе вы решитесь на все и обойдетесь без меня, а тогда мало ли что может случиться… Он или отмалчивался, или просил меня не беспокоиться — сам разберется. Но чем больше вы его боялись, тем опаснее становились. И в третий раз я решила — мы с тобой откроем дверь сами, войдем, и тогда ему уже не отвертеться… Он не хотел тебя убивать! Он не мог на это решиться! Господи!