— Тоже верно. Нет, не могу понять… Он нормальный?

— В другой раз обязательно его спрошу, — пообещала Анжелика. — Но что мне сейчас делать?

— Не открывай дверь.

— Это я уже слышала! И при опасности вызывать милицию.. Если помнишь, я и не открывала дверь, а он все равно меня избил.

— Может, Игорь ему был что-то должен, и он решил разобраться с его вдовой? — неуверенно предположил Саша.

— Чтобы Игорь был кому-то должен? Рехнулся? Он боялся долгов до смерти.

— — Хотя денежки у него всегда водились… — продолжал он размышлять. — Нет, ничего не понимаю. И с этой твоей благодетельницей тоже — темный лес. Чего ради она тебя пригласила, если не пришла сама? Да еще требовала, чтобы ты явилась так точно… Сколько ты ее ждала?

— Долго! Сдается мне, она пошутила, — пожала плечами Анжелика. — Но вообще удивительно то, что она не пошутила с «Ла Кантиной». Официантки стояли насмерть! Они всем, чем хочешь, клялись, что видели меня тогда, когда нужно!

— Знаешь что! — сделал он вывод. — Таких вещей, как с этими подкупленными официантками, из простой любезности не делают, тем более вы с ней не знакомы. Ты ей нужна.

Анжелика с минуту подумала над этим предположением и высказалась:

— В таком случае, она выбрала хороший момент.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что я оказалась ей нужна именно в тот момент, когда мне позарез нужно было алиби! Иначе… Иначе я бы послала ее подальше, если бы она вздумала называть меня на «ты», даже не представившись!

— И она слишком много о тебе знает.. — продолжал Саша. — Похоже, она знает о тебе вообще все. Во всяком случае, что касается следствия…

— А не знает ли она и того парня, который на меня напал? — вздохнула Анжелика. — Вот если она и это мне скажет, тогда я для нее сделаю все, что угодно.

— Ты смотри, ей такого не скажи! — предупредил он. — Мало ли чего она потребует!

— Денег?

— А почему нет? Ей, наверное, известно, сколько ты денег унаследовала. И знаешь, я совершенно уверен, что это — знакомая Игоря. Ведь пока его не убили, она тебе не звонила, верно?

— Никогда… А если…

Они молча смотрели друг на друга, и наконец Саша шепотом сказал:

— Ты — думаешь, она…

— Я думаю, — таким же шепотом ответила Анжелика, — что у нее белые волосы.

— Та самая?

— А кто еще? Я думаю, она или что-то забыла у него в тот вечер, когда приходила, или что-то от него узнала… Не знаю, она его убила или кто другой, но ей что-то известно, и она хочет мне это сообщить!

Или меня шантажировать!

— Или убить тебя.

— Что ты болтаешь?! — Она изумленно покачала головой. — Миленький мой, чтобы убить человека, необязательно приглашать его в уличное кафе, в центре города, где тебя видят сто тысяч прохожих сразу! Могла бы позвать в укромное местечко. Я бы пошла, я любопытная.

— Может, ты и права, — согласился он и вдруг замер, прислушиваясь к звукам в соседней комнате. — Что она там делает?

Всхлипывания, доносившиеся до того из комнаты, теперь затихли. Там послышался какой-то странный стук, и на кухне сразу потянуло сквозняком.

— Открывает окно, — пояснила Анжелика. И испуганно отшатнулась — Саша вскочил и бросился в коридор. Она побежала за ним.

В комнате они увидели следующее: Лена, держась одной рукой за створку рамы, усевшись на подоконник, по пояс перегнулась наружу. Она не слышала, как они вбежали, не слышала, как Саша подскочил, и вскрикнула только тогда, когда он схватил ее за талию и рванул на себя. Он чуть не упал со своей тяжелой ношей. Анжелика торопливо подбежала к ним и закрыла окно. Лена действительно уже не плакала. Саша все еще держал ее за талию, и видно — не напрасно — колени у женщины были словно из ваты, и подгибались, едва он ослаблял хватку.

Вместе они усадили Лену в кресло, вместе выпрямились и застыли над ней. Оба не знали, что делать. Лена молчала, и казалось, решила сжать губы так крепко, чтобы от них и следа на лице не осталось.

— Ты выброситься решила, что ли? — спросила наконец Анжелика.

— Попадешь в психушку! — пригрозил Саша. — Чего ты хочешь добиться?!

Лена не ответила.

— Знаешь, — пробормотала Анжелика, — мне, наверное, придется остаться и помочь тебе… А может, лучше вызвать врача?

— — Психиатра? Ты с ума сошла.

— А ей нужен психиатр?

— Позже будут все врачи, какие угодно, — отрезал он. — Но пока идет следствие, никаких психиатров. Неизвестно, что из нее вытянет психиатр и как посмотрит на это следователь. И вообще, это самоубийство еще доставит нам хлопот, вот увидишь. За нее обязательно возьмутся!

Анжелика хотела что-то сказать, но в конце концов только протянула руку и пощупала запястье Лены, надеясь проверить пульс. Та открыла глаза.

В них был страх, ничего, кроме страха. Бессмысленный, измученный, загнанный взгляд. Анжелика еще раз погладила ее запястье и, низко наклонившись к ее уху, прошептала: