— Лика. Лика-.

Лена не то чтобы звала, она просто называла имя, как будто представляла ее какому-то невидимому гостю. Интонация испугала Анжелику, и она была совсем не уверена, что Лена обращается к ней, видит ее, сознает, что находится в комнате не одна. Но все же спросила:

— Тебе что-то нужно?

— Иди сюда, — так же тихо сказала Лена.

Анжелика встала и подошла, впрочем, не слишком близко. Лена заметила, что та боится приближаться, и слегка растянула губы.

— Сядь, — сказала она, указывая глазами на постель. И была так спокойна, что не верилось, будто минуту назад она вопила и выла, извиваясь на постели. Но Анжелика уже не доверяла этому спокойствию. Села, но не на постель, а на пол, рядом с кроватью, и расположилась так, чтобы Лена ни в коем случае не смогла бы ее достать.

— Говори тихо, — так же невыразительно попросила Лена.

— Хорошо, — почти беззвучно ответила Анжелика. — Что ты хочешь мне сказать?

— Саша. Он на кухне.

Она не спрашивала, а утверждала. Из ее речи напрочь исчезли интонации — вопросительные, побудительные — любые. Но Анжелика поняла, что ей задают вопрос.

— Да, он ест.

— Он убил его.

— Кого? Игоря?

— Игоря, — торопливо подтвердила Лена и снова растянула губы в некоем подобии улыбки. Анжелика осторожно покачала головой, стараясь сделать это так, чтобы не обидеть и не возбудить лежавшую перед ней сумасшедшую:

— Нет, ты ошибаешься.

— Он убил его.

— Да нет же! Вы ведь вместе пришли туда, ион был мертв.

— Он был там раньше.

— Когда?

— Он был там раньше. В тот же день, — упрямо повторила та.

— Лена, успокойся. — Анжелика с тревогой смотрела на это лицо — серое, застывшее, с провалившимися щеками и глазницами. Лена выглядела так, словно умерла несколько дней назад.

— Он его убил. Он и меня убьет.

«Опять то же самое, — подумала Анжелика. — То же самое она кричала…» А вслух сказала, как можно мягче:

— Нет, нет, ты ошибаешься. Он тебя любит.

Лена изобразила улыбку.

— Просто он расстроен тем, что ты и Игорь… — пробовала объяснить Анжелика, но запнулась, не выдержав неотступного взгляда этих страшных глаз. И закончила так:

— Он переживает.

— Он его убил. Я тебе это говорила.

— Да, говорила.

— Это правда.

— Нет, не правда, — ответила Анжелика и вдруг увидела, как напряглось тело женщины — задрожали руки и ноги, выступили жилы на шее, запрокинулся назад подбородок. Лена явно пыталась освободиться. Убедившись, что напряжение всех сил ни к чему не привело, она замолчала, уставившись на этот раз не на Анжелику, а в потолок. На кухне свистнул вскипающий чайник. Саша расхаживал там и звенел посудой, открывал и закрывал воду в раковине. Анжелика сидела рядом с постелью и чувствовала себя, как возле гроба с покойником.

— Когда он меня убьет, — с трудом сказала Лена, — скажи всем, что это он.

— Лена, успокойся.

— Тебя он не убьет.

— Лена, я тебя прошу.

— Ты глупая… — отрывисто заговорила та, по-прежнему глядя в потолок. — Молодая. Ничего не видишь. Он его убил. Он его ненавидел. Всегда.

— Он его не убивал.

— Нет. Он мне говорил, что убьет Игоря. И он его убил.

— Но и мне он говорил, что убьет Игоря. Ты же и сама говорила тогда, что будешь ему помогать! Помнишь, как мы все придумали? — Анжелика попыталась вложить в свои слова всю доступную ей убедительность. — Но ты же не сделала этого?

— Я нет.

— Ну, видишь. Его убил кто-то другой. Этого человека скоро найдут. А потом ты ляжешь в больницу, тебе помогут.

— Нет. Я умру.

— Если не будешь пить и есть, точно, умрешь. — Анжелика попыталась обратить все в шутку, но удалось плохо. — Или тяжело заболеешь. И еще больше тебе нужно поспать… Хочешь, я дам тебе снотворного? Ты сможешь выспаться?

Лена перевела взгляд с потолка на лицо Анжелики и сказала:

— Он меня отравит. Он уже один раз отравил меня, но меня спасли.

— Что?! Да ты же сама…

— Нет. Он заставил меня выпить таблетки.

Очень много таблеток.

— Лена, что ты говоришь?

— Я не сошла с ума.

— Конечно, нет… — торопливо ответила Анжелика, с тревогой глядя на нее. — Ты просто устала.

Ну, хочешь, я дам тебе таблетку? Я проверю, это будет снотворное. Одну таблетку. Ты поспишь. А когда проснешься, будет куда лучше. Сколько ты не спала? Сутки? Больше?

— Я уже не буду спать никогда, — спокойно ответила та.

— Будешь, это необходимо. Ну, давай, прими таблетку! Ты же мне веришь? Я тебя не отравлю.

— Когда ты уйдешь, он даст мне еще таблетки.

Отравит меря и скажет, что я выпила их сама, как в первый раз.

— Лена! — Анжелика больше не могла выносить этого тягостного разговора. — Ну, подумай, что ты говоришь! Нельзя насильно отравить человека таблетками! Ну, если я сейчас суну тебе в рот таблетку, ты же ее выплюнешь? Не станешь глотать?

— Не стану.

— Как же он тебя отравил?