Луиза проводила Донована и Робби в гостиную, показала на коридор:

— Робби, твоя спальня справа. Ванная напротив.

Донован передал сыну чемодан.

— Будь поаккуратнее, хорошо?

— Все в порядке. У меня отдельная ванная, — вставила Луиза.

— Ты не знаешь его. Он никогда не убирает за собой.

— Он же парень, верно? — рассмеялась Луиза.

Робби отнес чемодан в комнату, пока Луиза суетилась на кухне.

— Ты и правда готовишь? — спросил Донован.

— Всего лишь пирог, Ден. Здесь нечем хвастаться. Хочешь кофе?

— Конечно. Спасибо.

Он подошел к шкафу, вытащил из куртки мобильные и включил в розетки четыре из них.

— Ждешь звонка? — спросила Луиза.

— У разных людей — разные мои номера, — сказал Донован. — Помогает знать, кто есть кто.

— Паранойя?

— Возможно.

— Какой номер будет у меня?

Донован взял один телефон и помахал ей:

— Только твой.

— Я польщена.

Робби вернулся в гостиную.

— Все в порядке? — спросил Донован.

— Да, отлично. Ты тоже останешься здесь?

Луиза взглянула на Донована и вопросительно подняла бровь.

— Я буду приходить.

— Потому что здесь только две спальни, а моя кровать слишком маленькая?

— Она односпальная, — объяснила Луиза. — Твой папа может спать на диване, если захочет остаться.

— И как долго мне придется здесь пробыть?

— Робби, это не тюрьма, — ответил Донован. — Я уже говорил: несколько дней.

— Ты голоден? — спросила Луиза.

— Ага, смертельно, — облизнулся Робби.

Зазвонил один из мобильников.

Донован включил его и услышал голос Испанца.

— Амиго, новости нехорошие.

— Жаль слышать, — произнес Донован.

— Он не в Париже, — продолжил Роха. — За бумагами прислал другого.

— Ублюдок! — выругался Донован.

— Ну и разговорчики, — присвистнул Робби.

Донован сердито взглянул на него.

— Я бы предположил, что он где-то во Франции, — сказал Роха. — Большой город. Ницца. Или Марсель. Но здесь, конечно, решаю не я. Теперь он может переехать.

— Но ты все еще в деле?

— Разумеется, — подтвердил Роха. — У меня есть его номер. Возьми ручку.

Донован щелкнул пальцами и жестом показал, чтобы Робби принес ручку.

— Записываю, Хуан, диктуй. — Роха назвал номер. — Номер британский?

— Да. Он в роуминге.

— Мы можем найти его по номеру?

Роха присвистнул:

— Если б это был городской номер... У меня есть связи в телефонной компании, которые могли бы сработать в обычной ситуации, но мобильные — дело другое. Я, конечно, могу узнать номера, по которым он звонил, однако определить его местонахождение — проблема уровня полиции или спецслужб. Даже в Испании, думаю, я бы не сделал этого. А уж во Франции... — Он не закончил.

— Хорошо, Хуан. В любом случае спасибо.

— Еще одно, амиго. Просто, чтобы не возникло недопонимания. Шарки заплатил мне четверть миллиона долларов, чтобы я отпустил того мужчину, которого мы схватили вместо него в Париже.

— Нет проблем, Хуан.

— Как всегда, приятно иметь с тобой дело, амиго.

Донован положил трубку.

— Кто это? — спросил Робби, щелкая пультом от телевизора.

— Не вмешивайся! — отрезал Донован. — И убери ноги с кофейного столика Луизы. Разве тебе не надо готовить домашнее задание?

— Сегодня суббота, — ответил Робби. — У меня выходной.

После обеда Робби собрал тарелки, чтобы отнести их на кухню.

— Ты хорошо его воспитал, — заметила Луиза.

— Он хочет произвести впечатление, — ответил Донован.

— Нет, — возразил Робби.

— Хочешь кофе? — спросила Луиза. — Или чего покрепче? У меня есть виски. А может, пива?

Донован взглянул на часы:

— Мне необходимо отлучиться. Извини.

— Собираешься уходить? — крикнул из кухни Робби.

— Дела, — ответил Донован.

— Все в порядке, Робби, мы можем посмотреть телевизор, — предложила Луиза.

Донован снял телефоны с подзарядки и рассовал по карманам.

— Будь хорошим мальчиком, ладно? — попросил он Робби.

— Хочешь, возьми мою машину, — предложила Луиза.

Донован помотал головой:

— Я собираюсь взять такси.

— Опять паранойя.

— Нет. Просто там, куда я еду, ее могут разобрать на части.

Луиза дала ему ключ.

— Если поздно вернешься, — объяснила она. — Чтобы не будить меня.