«Хочет оттянуть время, — подумала Джоуди. — Понимает, что, как только мы встанем из-за стола, ему придется уезжать».

— Кто-нибудь будет мороженое? — спросил папа, как только Энди доел свой бифштекс.

— Конечно! — с восторгом воскликнул Энди. Еще одна отсрочка.

— К сожалению, придется отказаться, Джеко. Впрочем, премного обязаны. Боюсь, мы и так потеряли слишком много времени, а у нас впереди еще такая дорога. — Он подмигнул Энди. — Так ведь, молодежь?

— Думаю, что да.

— Вы собираетесь ехать без остановок? — поинтересовался отец.

— Это моя отличительная особенность — я никогда ничего не делаю наполовину. Или все, или ничего. Я убежден, что, если вы себе что-нибудь наметили, надо идти к этому на всех парах, невзирая на штормы и ураганы, и к чертям все торпеды.

— Или пан, — пробормотала Джоуди, — или пропал. И отец, и Энди были просто ошеломлены: отец шокирован ее невежливостью, Энди, напротив, был восхищен.

Но Вилсон Сполдинг помотал головой и, погрозив ей согнутым пальцем, просопел:

— Абсолютно! То-о-очно! Или пан, или пропал! Именно такого рода энтузиазм мне по душе. На всех парах, и к черту торпеды! У тебя не дочь, а сплошное очарование, — добавил он, повернувшись к Джеку.

— Что-то в этом роде, — пробормотал тот.

Энди рассмеялся, но Вилли, кажется, перестал обращать на него внимание.

— Нам следует увезти ее с собой. Силой, если потребуется. Как вам это понравится, барышня?

Страстное желание, неожиданно озарившее лицо Энди, сдержало ее порыв ответить какую-нибудь гадость.

— Спасибо за предложение, мистер Сполдинг, но принять его не могу. Мне нужно присматривать за отцом.

«Ты ведь это несерьезно, болван! Так, чтобы подразнить Энди».

— Извини, — обратилась она к Энди.

— Ладно уж. Я знаю, что ты не можешь поехать. У Джоуди запершило в горле.

— Мне кажется, ты зря отказываешься от мороженого.

— Сейчас расфасуем его по вафельным стаканчикам, и вы возьмете их с собой, — повернувшись к Вилли, добавила она. — У нас есть шоколадное, «Бен энд Берри»…

— О, нет, благодарю вас, — оборвал ее Вилли, — эти стаканчики такие маркие.

Джоуди вскочила так, что стул грохнулся о пол.

— Ах ты тупой сукин сын! У Энди вырезали всю семью, а ты, черт побери, запрещаешь ему взять с собой стаканчик мороженого. Да что ты за урод после этого!

Даже когда она это выкрикивала, тихий внутренний голос упрекал ее: «Боже мой, ты только послушай себя. Да у тебя сдали нервы. Ты просто не в себе».

Но, несмотря на это внутреннее предупреждение, Джоуди выпалила все на одном дыхании, выкрикивая слова в лицо гостю, брызгая слюной и обливаясь слезами.

Вначале Энди обмер, но потом и сам заплакал.

Вилли словно прирос к стулу. Он сидел, боясь шелохнуться, и только моргал глазами.

Отец вскочил со своего места, обежал вокруг стола, взял Джоуди за руку и потащил в коридор. Там, вдали от посторонних глаз, он обнял ее и погладил по голове.

— О, золотце, — шептал он, — золотце мое.

— Извини.

— Ничего, ничего.

— Я просто хотела, чтобы он взял с собой мороженое, — ревела она.

— Он возьмет, возьмет. Боже, милая. С тобой все в порядке?

—Нет.

— Знаю, знаю.

— Он ужасный человек.

— Просто чудаковат, и все. Он не со зла.

— Неправда. Он ненормальный. О, папа, неужели мы ничего не можем сделать? Нельзя помешать ему увезти Энди?

— Энди будет с ним хорошо.

— Нет, не будет.

— Золотце ты мое. Они его родственники. Они будут о нем заботиться. Знаю, ты будешь о нем скучать, но…

— ДО СВИДАНИЯ! — послышался крик Энди. — ДО СВИДАНИЯ, Джоуди!

— Какого?.. — неожиданно буркнул папа.

— НЕ ЗАБЫВАЙ…

— Пойдем, — голос дяди Вилли, резкий и сердитый.

— Энди! — закричала Джоуди.

И услышала, как хлопнула дверь.

— Папа, мы должны…

— Тсс. — Он замер, крепко прижимая ее к себе.

«Прислушивается. О Боже, он прислушивается к выстрелам!»

— Папа!

— Тсс.

Когда раздался шум, Джоуди вздрогнула. Отец не шелохнулся. Все еще не двигаясь, он прошептал:

— Это всего лишь дверца машины.

Спустя секунду донесся второй хлопок. Потом заурчал мотор.