Ларри немного подумал и насупился.

— Мне кажется, это не совсем честно.

Сондра тихо выругалась.

— А то, что Рафаэль хочет наказать вас за интересную идею и проявление инициативы — честно? Это, по-вашему, честно?

— Но он прав. Мне не поручали проводить опыт. Я не внес его в график.

«Людям надо, чтобы авторитет был всегда прав», — подумала Сондра.

— Три четверти опытов проводятся здесь вне плана. Эту практику даже негласно поощряют, чтобы помешать сотрудникам выполнять левую работу для коммерческих лабораторий. Мы должны трудиться в интересах общества, а наши данные — общественное достояние. Если бы халтуру не ограничили таким образом, частные компании стали бы нанимать исследователей для проведения секретных экспериментов. Формальный запрет не предусматривает наказание» за вдохновение, и Рафаэль не вправе применять его против вас. Но, поскольку подавать ему жалобу бесполезно, мы должны найти способы обойти запрет. Предоставьте это мне, и могу поспорить, я сделаю ваш долг еще меньше.

Ларри снова ненадолго задумался.

— Черт, у меня нет выхода: я никак не смогу его выплатить. Будь по-вашему.

— Вот и хорошо. Наконец-то слышу глас не мальчика, но мужа, — Сондра отложила в сторону карманный компьютер. — Теперь о главном. В действительности я пришла к вам сейчас затем, чтобы извиниться: мне надо было поддержать вас на совещании. Давайте я подгоню ваши цифры и хоть как-то заглажу свою вину.

— Почему это вам надо было сегодня меня поддерживать? — удивился Ларри. — Мы ведь едва знакомы.

— Да, но старожилы должны помогать новичкам, это для меня абсолютная истина. Поэтому и всем сидевшим за столом следовало сказать свое слово, но, увы, никто этого не сделал. Мы все слишком запуганы Рафаэлем.

Ларри снова выпрямился.

— Это, пожалуй, правда. Он напоминает мне моего дядю Таля, тот всегда находил повод показать, что я недостаточно благодарен своим родителям. Что бы я ни делал, все вызывало его недовольство. Тысячу раз я собирался высказать ему в глаза все, что о нем думаю, но мне всякий раз не хватало смелости. А доктор Рафаэль своими повадками похуже моего дяди.

Сондра почувствовала себя не в своей тарелке. Ей было стыдно признаться, но в глубине души она восхищалась непокладистостью Рафаэля и испытывала к нему симпатию.

— Не судите его строго, жизнь его была не слишком сладкой. Двадцать пять лет назад он защитил докторскую диссертацию, почему-то намного позже своих ровесников. Они за это время ушли вперед, а он так и не сумел наверстать упущенное и чувствовал себя всю жизнь стариком. Он жил, наблюдая, как вундеркинды вроде нас добиваются успехов. Представьте себе, каково ему было всегда хоть немного, но отставать, всегда быть лишь толковым ученым в области, где некоторые его сверстники считались гениями. Неудивительно, что у него испортился характер, — Сондра помолчала и пожала плечами. — Но в любом случае мы не должны страдать за его собственные неудачи. Мы-то тут при чем?

— Просто не следует спускать ему, — со странной твердостью в голосе произнес Ларри. — Если бы мы ему не потакали, он не смог бы нами помыкать.

— Я уже давно говорю себе это, — согласилась Сондра. — Но через месяц это заведение закроется, и поздно поднимать бунт.

На лице Ларри блуждала робкая, застенчивая улыбка.

— А мои результаты? Возможно, они чего-нибудь стоят.

Сондра снисходительно улыбнулась. Чтобы произвести впечатление, нужны фантастические, невозможные цифры. Мелкое усовершенствование, еще один крошечный шажок никого ни в чем не убедят. Но она не скажет этого Ларри. Зачем разбивать его надежды?

— Да, вы правы. Возможно, стоят.

— Хотите посмотреть? — с волнением спросил Ларри.

Не дожидаясь ответа, он сорвался с кровати, пролетел над головой Сондры и, к ее огромному удивлению, отскочил от потолка. Словно циркач, с удивительной точностью приземлился перед письменным столом и прижал ноги к ножкам стула. Очевидно, он долго тренировался, и теперь пониженная сила тяжести ему не мешала. Ларри порылся в прикрепленных к столу бумагах и вытащил из толстой пачки один листок.

— Вот резюме, — сказал он. — У меня есть подробный отчет, но компьютер еще жует некоторые данные.

Сондра взяла листок.

— Почему так долго? — спросила она.

Ларри пожал плечами.

— Я смог запустить их на доработку только после совещания, а это сложное дело, оно отнимает уйму времени. Слишком большой объем для дистанционного терминала. Я скармливал управляющему компьютеру Кольца результаты моего опыта мелкими порциями в перерывах между плановыми работами, чтобы не перегрузить счетно-аналитическую систему. Не хочу, чтобы Рафаэль пришил мне еще незаконное использование компьютера.

Он смущенно усмехнулся. Сондра рассмеялась.

— Вы понемногу набираетесь опыта, — сказала она и небрежно заглянула в резюме. Потом прищурилась и посмотрела снова, более внимательно. Ей пришлось прочитать текст еще дважды, прежде чем она убедилась, что правильно все поняла. Этого не может быть. Не может.

— Здесь наверняка ошибка, — сказала она. — Вы не могли получить такое поле тяготения. Даже знай мы, как это сделать, у нас не хватило бы мощности на меньшую в сто раз силу тяжести.