Хотсон, однако, воспротивился.

— Постойте, мисс. Вы можете продолжать игру. Надеюсь, вы не возражаете, Торн?

Управляющий пожал плечами, разливая коньяк.

— Вы из обслуги? — спросил он Агнессу. Девушка объяснила, кто она такая, и, еще раз извинившись, попыталась уйти, но гость вновь задержал ее.

— Прошу вас, мисс, исполните что-нибудь. Если уж вы попали сюда…— Он улыбнулся. — Кстати, Торн, у вас образцовый ресторан: посудомойки играют на рояле. Хотя я несколько удивлен: такая изящная женщина могла бы выполнять и другую работу. Сыграйте же, мы просим вас!

Торн слегка поморщился, а Агнесса покачала головой.

— Я должна идти.

Управляющий перевел взгляд с Хотсона на девушку.

— Останься, — негромко произнес он. — Ничего тебе здесь не сделают.

Агнессе не хотелось подчиняться этим людям, поэтому она нахмурилась и молчала.

Хотсон улыбался. Агнесса взглянула на него: что-то неприятное было во внешности этого человека — жестковатая хитрость маленьких глаз или улыбка, обнажающая зубы, четыре из которых, по два снизу и сверху, сияли золотом; внимание непроизвольно приковывалось лишь к этим сверкающим квадратам.

— Как вас зовут? — спросил он подчеркнуто ласково.

— Агнесса Митчелл.

— Останьтесь, мисс Митчелл! — настойчиво повторил он. — Садитесь за рояль, играйте!

— Нет, мне пора домой.

— Полно! Ничего страшного, если вы задержитесь на полчаса.

— Ваше здоровье, Хотсон! — Торн поднял рюмку. — За наш общий успех!

— Благодарю вас, — ответил Хотсон и обратился к Агнессе: — Вы удивительно серьезны, мисс Митчелл, вам нужно научиться улыбаться. Конечно, мы неправильно поступаем, задерживая вас…

— Я могу идти?

— Что ж, идите. Хотя жаль… За вас, должно быть, переживают родные?

По спине Агнессы пробежала дрожь — так смотрел на нее Хотсон. Что-то в его взгляде пугало ее. Эти мужчины явно играли с нею, она не могла не чувствовать их снисходительной насмешки, за которой, однако, скрывалось — она угадывала — нечто другое.

— Почему вас это интересует? — резко спросила она. Она думала, что Хотсон рассердится, но он опять улыбался.

— Простите мою бестактность, мисс. Просто нам не хотелось, чтобы у вас были неприятности…

— Меня ждет дочь.

— Ах, вон оно что! — воскликнул Хотсон, вполне удовлетворенный ее ответом. — Тогда, конечно, идите скорее.

Когда Агнесса ушла, Хотсон повернулся к Торну.

— Вас удивляют мои низменные вкусы, не так ли?

— Нет, почему же…

— Да, вы знаете, — перебил Хотсон, — иногда очень неплохо бывает расслабиться в обществе такой вот девчонки! Если, разумеется, уверен, что об этом не станут болтать! — добавил он.

— Понимаю. Нечто вроде десерта. Или скорее приправы к обильной закуске! — засмеялся управляющий.

— Вот именно.

Агнесса вернулась домой далеко за полночь. Недовольная соседка, не слушая извинений, быстро проговорила:

— Девочку я уложила в твоей комнате. Наверное, она уже спит.

И, понимающе оглядев Агнессу, захлопнула дверь. Джессика не спала: когда мать вошла в дом, кинулась к ней и, чуть не плача, схватила за руку.

— Мамочка, где ты была?! Миссис Коплин сказала, что ты сегодня, может быть, не придешь. А я так боюсь одна!

У Агнессы перехватило дыхание.

— Что ты, Джесс, как я могла не прийти! Я задержалась на работе, меня не отпускали. Мы с Керби очень спешили. Ты же знаешь, я тебя никогда не оставлю одну! — говорила она, крепко прижав к себе девочку.

— Мама, а миссис Коплин еще сказала: «Ты лежи тихо, кругом полно разбойников, они могут прийти и тебя забрать». Знаешь, как мне было страшно!

— Не бойся, дорогая, она тебя обманула, здесь нет никаких разбойников. Спи спокойно. Завтра выходной день, я буду дома, мы пойдем гулять…— Она ласково гладила девочку по голове и успокаивала, пока та не заснула.

На следующее утро они проснулись от щебета птиц за окошком. Было поздно, но Джессика не хотела вставать, и Агнесса, смеясь, запустила в нее подушкой, которая тут же полетела обратно и угодила в вылезавшего из-под кровати Керби. Тот, невзирая на окрик Агнессы, прыгнул прямо в постель к Джессике. Девочка с визгом зарылась под одеяло, Агнесса бросилась на выручку, но тут ножки кровати подломились, не выдержав, и все трое — Агнесса, Джессика и Керби — очутились на полу.

Вдоволь нахохотавшись, как могли, починили кровать, навели в комнате порядок и стали собираться на прогулку.