Тем временем Пол и Мария уехали в Лондон к принцессе, и их отъезд был воспринят принцем с откровенной радостью. Пол зашел в кабинет Чарльза, чтобы попрощаться, и был просто поражен его реакцией. Принц даже не поднял головы.

— Чему вы удивляетесь? — пожал плечами Майкл, когда я на следующий день рассказала ему об обиде Пола. — Принц знает, как Мария и Пол близки к Диане, и понимает, что они на ее стороне. Он видел, как они перешептывались с принцессой за его спиной. Когда я спросил, что будет с Баррелами, он ответил: «Не все ли равно? Я не желаю, чтобы такие люди болтались в Хайгроуве».

В четверг 4 февраля принцесса устраивала вечеринку для персонала в Кенсингтонском дворце. Я попросила у Чарльза позволения присутствовать на ней, и, хотя я должна была вечером дежурить в Хайгроуве, он написал «разрешаю» на оставленной ему записке.

В тот вечер Диану окружали друзья, и она выглядела сияющей и счастливой, обсуждая свои планы на ближайшие несколько месяцев. Похоже, она беспокоилась обо мне и спросила, подыскала ли я что-нибудь. Услышав, что нет, принцесса нахмурилась. Вечеринка была неофициальная, и все чувствовали себя непринужденно — в отличие от следующего вечера, устроенного принцем в честь восьмидесятилетия Пэдди Уайтленда. Принц ценил Пэдди как самого старого и преданного работника и разрешил устроить праздник в холле Хайгроува, но при этом предупредил, что через пару часов все должны разойтись.

— Вы ведь не будете слоняться здесь всю ночь, правда? — довольно небрежно бросил он, направляясь в ванну. — А кроме того, к обеду я жду гостей и хочу, чтобы к этому времени никого в холле не было.

Довольно брезгливый в остальном, принц Уэльский имел склонность к грубым шуткам, очевидно, унаследованную от отца. На следующий вечер он пригласил Пэдди на ужин в охотничий ресторан, и старый слуга преподнес ему кость из пениса лиса, укрепленную на серебряной булавке. Принцу очень понравился подарок — традиционный символ мужской силы, — и в воскресенье, ожидая греческого короля, он приколол его на лацкан.

Сидя вечером в гостиной за стаканчиком виски, король Константин и Чарльз внимательно рассмотрели подарок, отпуская скабрезные шутки насчет того, каких успехов они могли бы добиться в этой области. Принц, любивший, подобно Ферджи, пошутить над всем, что относилось к естественным отправлениям человеческого тела, очень часто прикалывал эту булавку, пока сообразительный камердинер не убрал ее, задумавшись о том, как будет выглядеть публичная демонстрация такого подарка, если принять во внимание только что распавшийся брак Чарльза.

Друзья принца напрасно беспокоились, гадая, как он воспримет шум вокруг его разрыва с женой. Я редко видела Чарльза таким спокойным и беззаботным. То, что их с Дианой отчужденность стала достоянием гласности, позволило ему свободно вздохнуть в собственном доме, тем более что принцесса больше не собиралась появляться здесь без предупреждения и не мешать ему. Чарльз ничего не говорил о событиях последних нескольких месяцев, но пребывал в оптимистичном настроении, свидетельствовавшем о том, что он преодолел шок от предательства Дианы и публичных разоблачений.

Тем временем реконструкция Хайгроува шла полным ходом. Каждый день приезжал Роберт Кайм, организовывавший доставку мебели со складов Букингемского дворца и других королевских апартаментов. Со стен гостиной принцессы были сняты книжные полки, чтобы стереть любое воспоминание о Диане. Было очень похоже, что принц освобождается от всего, что связано с женой, давая себе и Хайгроуву новый шанс после стольких лет несчастливой жизни.

Уборка коснулась также кладовых и подвалов, заполненных официальными и прочими подарками, скопившимися со времени последнего наведения порядка.

— Сожгите это все, — сказал Пэдди, пытаясь засунуть резную деревянную лошадку в печь на заднем дворе. — Так мне приказано.

Я с ужасом смотрела, как в огне исчезает великолепная мебель, а также обычные плюшевые медведи и другие игрушки, присланные для Уильяма и Гарри поклонниками королевской семьи.

— Вы начинаете службу монархистом, а заканчиваете республиканцем, — однажды сказал мне Пол.

Он был прав. Я с гневом смотрела, как подарки и одежда превращаются в дым, когда все это можно было отдать бедным или бездомным.

На следующей неделе принц посетил Америку. Он был поражен и взволнован количеством людей, встречавших его. Во время его отсутствия «Бритиш Телеком» провела еще несколько телефонных кабелей в библиотеку и установила в спальне принца второй «секретный» аппарат, который невозможно было прослушать. После «Камиллгейта» Чарльз настаивал именно на таких, а не на обычных телефонах. Эти технические новшества путешествовали по стране вместе с принцем в специальном чемоданчике и подключались к обычной телефонной розетке.