— Доктор Клаусон!

Доктор добродушно рассмеялся:

— Если мне удалось хоть на миг обмануть тебя моим маскарадом, то почему бы не проделать то же самое с людьми незнакомыми? Я еду на ранчо с тобой, Рикардо.

Парень не стал перечить. Ему и в голову никогда не приходило оспаривать то, что рождалось в умных головах Уильяма Бенна и доктора.

Хамфри Клаусон спешился и, кивнув Лу, присоединился к ним. Расправившись с ленчем, он объяснил положение дел:

— Значит, так, Рикардо. Я твой старинный друг из Мексики. Хорошо знаю тебя, твою семью и вообще все мелкие подробности из твоей жизни, о которых тебя могут расспрашивать. Я оказался в приграничной полосе, когда до меня дошли слухи о твоих славных деяниях в Бэк-Крике, и я сразу же поскакал туда, чтобы предложить тебе мою помощь. А теперь сопровождаю тебя в Эль-Реал.

Рикардо молча кивнул.

— Я нарочно решил представиться именно мексиканцем, — продолжал доктор. — Это сыграет тебе на руку. Я знаком с твоей матерью, американкой. Вот почему ты отлично говоришь по-английски. Сам я говорю по-английски так же хорошо, как и по-испански, потому что получил образование в Штатах. Я послужу тебе как бы фоном, на котором будет ярче выглядеть твоя роль, а кроме того, время от времени смогу давать тебе полезные советы.

— Да, лошадку иногда не мешает пришпорить, — бесцеремонно вставил Лу.

Доктор смерил его холодным взглядом.

— Доброты тебе не занимать. И мягок в обхождении, ничего не скажешь, — сухо произнес он. — Но ты много сделал для парня и не думай, что мы забыли.

— Да уж знаю, как не забыли! — огрызнулся горбун. — Обо мне, о китайце, о негре! Мы делаем всю черную работу, вы нами дырки затыкаете, а взамен ни шиша. Никогда лишней монеты не подкинете!

— Скажи это Уильяму Бенну, — отрезал доктор. — Я совсем забыл, что глупо совать пальцы в пасть волку.

Когда они тронулись в путь, горбун нарочно отстал, стараясь держаться на расстоянии.

— Может, не стоит его заводить? — начал Рикардо.

— Может, и не стоит, — согласился доктор. — Только с такими, как он, нельзя миндальничать. Погладь его по головке, он тебе враз руку оттяпает. А попробуй просто по-дружески подшутить над ним, так тут же вцепится тебе в глотку. Ему неведомо, что такое благодарность и порядочность. Он уважает только две вещи: мозги, способные придумать, как добывать деньги, и сильную руку, которая будет держать его в узде. Остальное его просто не интересует. Уж я-то знаю.

— Он может все расстроить.

— Может, — спокойно согласился Клаусон. — Только не забывай: все шатко в этом мире. Но мы должны рискнуть и попробовать. Хотя, должен признаться, меня тоже не совсем устраивает этот горбун с его отвратительным характером. Будь моя воля, я бы с такими ни за что не связывался. Это все Бенн. Он любит их.

— Любит? Кого? — не понял Рикардо.

— Опасных и необычных типов, — пояснил доктор. — Находит себе львов и тигров и заставляет их работать на него. Он чувствует себя дрессировщиком, входящим в клетку к хищникам, которые рычат, щерятся, так и норовят наброситься на него со спины!

Рикардо даже содрогнулся, представив себе такую картину, но, вспомнив Селима и китайца Вонга, мысленно согласился с доктором.

— А кто же тогда я? — поинтересовался он. — Волк или лев? А может, собака?

— Ни то, ни другое, ни третье, — переведя невозмутимый взгляд на него, ответил доктор. — Ты тигр, Рикардо. И не исключено, что в один прекрасный день вцепишься в глотку Уильяму Бенну… да и мне тоже, если уж на то пошло. — Он проговорил эти слова как ни в чем не бывало, столь же безразличным тоном, каким сказал бы, например, об особенностях местного ландшафта.

Рикардо покачал головой:

— Я не понимаю ни вас, ни то, что вы говорите.

— Разумеется, не понимаешь, — утешающе подтвердил Хамфри Клаусон. — Ты не из тех, кто понимает подобные вещи. Ты не можешь разобраться даже в самом себе. Но когда-нибудь будешь очень удивлен, обнаружив, что я был прав!

— Вы действительно думаете, я мог бы напасть на вас?

— Кто знает? От тебя всего можно ожидать. Для нас ты как кусок динамита, к которому приделали шнур и запалили. А вот когда ты взорвешься, мой мальчик, даже я не знаю.

Рикардо покачал головой:

— Допустим, это действительно так. Но зачем вы говорите мне все это?

— На то есть две причины. Во-первых, человеку всегда хочется показать другим, какой он умный. А во-вторых, подобные рассуждения вряд ли как-нибудь повлияют на тебя, пока ты влюблен в эту девушку.

Рикардо залился краской.

— Похоже, тебе не очень нравится, когда я начинаю говорить о мисс Рейнджер, так ведь? — мягко улыбнулся доктор.

— Извините, но это так, — подтвердил Рикардо.