— Уже подобрали для нас цели, сержант?

Сержант Маркус Стара, обернувшись, увидел, что рядом с ним в грязи лежит сам генерал Пальсикас, и раскрыл рот от удивления.

— Еще нет. Машины вижу, но не могу различить среди них ракетные установки или ЗСУ-23-4. — Он пользовался громоздким ночным прицелом советского производства ЦСР-3030, но, к сожалению, чтобы этот старый прибор мог «видеть в темноте», ему требовалось много света, например, лунного, а в условиях весенней грозы, бушевавшей над ними, этот прицел был почти бесполезен.

— Тогда смотрите внимательнее. Света мы сейчас вам добавим. — Пальсикас вернулся с гребня к вертолету и приказал своему заместителю: — Полковник, передайте вертолетам команду приготовиться к атаке.

Наблюдателей в следовавшей по трассе колонне не было, поэтому первым подал сигнал тревоги офицер управления огнем с борта белорусского штурмового вертолета Ми-24, летевшего к югу от трассы.

— "Бригада", «Бригада», я — 154-й. Вражеские вертолеты на вершине холма к югу. Я вижу их... они готовятся к атаке. — Стрелок направил свой инфракрасный сканер вниз на вертолет. — Цель поймана! — крикнул он.

— Доложи расстояние до цели, — отозвался пилот, — и приготовь ракеты к пуску. — В вертолетах Ми-24 стрелок обычно управлял только носовым инфракрасным сканером да еще тем оружием, управление которым ему передавал пилот. Но так как большинство пилотов не любили возиться с оружием, они, как правило, передавали стрелку управление всем вооружением.

Для измерения расстояния стрелок воспользовался электронным оптическим прибором, встроенным в инфракрасный сканер.

— Примерно три километра... два километра... левее три градуса... чуть больше километра...

Но что-то здесь было не так. Объект, который он считал вертолетом, сейчас совсем не был похож на летящую машину.

— Подожди!

Это был не вертолет! Как только они подлетели ближе, стрелок увидел, что это грузовик, явно со сломанной осью и спущенными передними колесами, позади которого лежали снарядные ящики, чтобы придать ему контуры большого вертолета. А на кабине был установлен какой-то флюгер, выглядевший как винт вертолета. Все это, да еще размещенные в нескольких местах фонари, позволяло принять его при наблюдении в инфракрасный сканер за вертолет, работающий на холостом ходу.

— Это не...

Но предупреждение стрелка прозвучало недостаточно решительно.

— Пуск! — закричал пилот и дал залп из десяти ракет. Взрыв получился грандиозным, просто потрясающим. Кузов грузовика, по-видимому, был загружен бочками с маслом или бензином, потому что вверх взметнулся огромный оранжевый шар, осветивший небо, словно громадный прожектор. Свет был настолько ярким, что колонну белорусских войск хорошо стало видно на два-три километра.

— Отличный удар, и последствия прекрасные! — воскликнул пилот.

— Это был не вертолет, а ложная цель! — сообщил ему стрелок. — Набирай высоту и уходи отсюда...

Но было уже слишком поздно.

Спустя несколько секунд белорусский штурмовой вертолет Ми-24 был подбит ракетой советского производства СА-7, выпущенной одним из солдат Пальсикаса, когда вертолет пролетал над ним. До вертолета было менее тысячи метров, а с такого расстояния не могла промахнуться даже относительно ненадежная ракета СА-7 «Стрела». Солдат даже не стал дожидаться, когда вертолет пролетит, чтобы выстрелить ему в хвост, а поразил на подлете, потому что у двигателя Ми-24 выхлопные газы отходят по сторонам и вниз, что уводит от цели ракеты с тепловыми головками самонаведения, выпущенные в хвост вертолету.

Некоторое время Ми-24 продолжал еще лететь с поврежденным двигателем, но затем рухнул на землю в нескольких километрах от того места, где был подбит.

И хотя уничтожение штурмового вертолета Ми-24 явилось настоящим успехом литовцев, все же не он был их основной целью. Чтобы отыскать в колонне бронетехники ракетные и зенитные установки, людям Пальсикаса требовался яркий источник света, и они получили его после взрыва грузовика, изображавшего вертолет и начиненного бочками с бензином. Зенитные установки двигались в колонне белорусских войск в окружении других бронемашин — в целях маскировки и защиты, — но, когда колонна начала перестраиваться для отражения атаки с Ошмянских холмов, система охраны зенитных установок распалась.

Наблюдатели, находившиеся на гребнях холмов над колонной, наконец-то засекли свои объекты. Примерно через каждые десять бронемашин в колонне шли четыре передвижные ракетные установки СА-8 класса «земля-воздух», каждая из которых имела четыре зенитные ракеты малого радиуса действия. Через каждые пятнадцать бронемашин следовала одна ракетная установка СА-6 с тремя ракетами класса «земля-воздух» среднего радиуса действия, оснащенная РЛС слежения и сопровождения целей. И чуть в стороне от основной колонны через каждые пять машин шли две самоходные зенитные установки ЗСУ-23-4.