— Ну, не скажи. Почему бы и нет, собственно? «Физикоус» — крупный исследовательский центр. У них, вероятно, есть несколько подобных макетов. — Уайт взял увеличительное стекло и вгляделся в снимок пристальнее. — Мать честная! Похоже, не макет. Смотри, какой большой — и видишь вон там часового? Огромное крыло, больше, чем бомбардировщик В-2. Какая-то пневмо— и электропроводка. Возможно, это прототип. Уверен, Пентагону понравится.

— А что, если это камуфляж, специально, чтобы ввести в заблуждение, «утка»?

— Возможно. Раскрыв агента Литвина, они могли продолжить игру и всучить ему какую-нибудь липу — тогда перед нами «домашняя заготовка» «Физикоуса».

— Или, допустим, сам Литвин — утка. Настоящего агента взяли, подвергли пыткам, развязали ему язык, узнали то, что хотели, а нам уже подсунули их человека. Вообще эта история может оказаться миной замедленного действия.

Уайт бросил скептический взгляд на майора, затем просто пожал плечами.

— Ну, не нам судить, Карл. — Полковник взял другой снимок. — Вопрос вне нашей компетенции, пусть разбираются ЦРУ и армейская разведка, кто там Литвин на самом деле, «двойник» или подмена. Наше дело маленькое: они поручили — мы выполнили, вывезли парня из страны и доставим по назначению. С остальным пусть работают «кожаные пиджаки» и «галстуки» из Лэнгли... Постой-ка, что за чертовщина? — Уайт выпучил глаза от удивления. Казалось, он просто не может поверить в то, что видит на снимке.

— Что еще? Очередная шарада? Литвин привез с собой кроссворд? Дай посмотреть.

Уайт наконец оторвался от снимка, как-то странно взглянул на своего оперативника, передал ему фото. Ноултон обнаружил на нем группу солдат — «черных беретов», русский ОСНАЗ, элитные подразделения, которые присутствовали на многих бывших советских объектах в Балтийских государствах, включая «Физикоус». Солдаты сопровождали какого-то молодого человека в штатском. Впрочем, было непонятно, охраняют ли они некую важную персону или конвоируют пленника.

Именно этот штатский привлек такое пристальное внимание полковника. Мужчина был одет в простое коричневое пальто нараспашку и свитер.

— Да что с тобой, Пол? — недоумевал Ноултон. — Ты прямо в лице изменился. Встретил старого знакомого или потерявшегося родственника?

— Угадал. Я знавал того парня в Форде.

— Где? На военно-воздушной базе Форд? Шутишь! Может быть, просто похож?

Однако Уайт уже рассмотрел такую возможность и моментально отбросил ее. Он отлично помнил доклады о гибели лейтенанта Дэйва Люгера три года назад на Аляске при авиакатастрофе — Люгер испытывал суперсекретный бомбардировщик. Полковник так до конца и не поверил официальным бумагам, уж слишком все выглядело шитым белыми нитками, оставались разные вопросы.

По базе ходили слухи об упреждающем ударе по наземной лазерной станции в Сибири, поговаривали, что данную акцию проводил В-52 особой модификации, якобы из Технологического центра аэрокосмических вооружений. Но почему и каким образом чисто исследовательский центр имел на своем балансе ударный бомбардировщик? Как бы то ни было, никаких явных расследований по поводу происшедшего не проводилось, дело замолчали. Но, что самое странное — угроза со стороны лазерной станции русских, если таковая станция вообще существовала, внезапно исчезла...

...вместе с двумя летчиками из авиационного полка старых бомбардировщиков В-52 базы ВВС Форд, которым командовал тогда Пол Уайт. Звали их Патрик Макланан и Дэвид Люгер.

Они исчезли за несколько недель до инцидента и на базу уже никогда не вернулись. Позже Уайт узнал о трагической гибели Люгера, а что касается его товарища, то, как уведомили полковника, Патрик Макланан неожиданно получил другое назначение. Уайт не знал, куда и почему уехал Макланан, хотя особо за него не беспокоился, ведь тот действительно был одним из лучших летчиков на базе и мог везде найти себе применение. Вообще Уайту нравились оба офицера — способные, даже очень. Правда, Люгер, может быть, немного горяч.

Теперь получается, что Люгер жив и «всплыл» в секретном исследовательском центре СНГ в Литве. Полковник задумчиво почесал подбородок. Что происходит? Неужели Люгер — перебежчик, русский агент? Он отложил снимки в сторону.

— Да, я уверен, это парень с базы Форд. Тот, кого объявили погибшим в 1989 году.

Ноултон посмотрел на командира с недоверием.

— Пол, пожалуйста, объясни мне, каким образом офицер военно-воздушных сил, погибший несколько лет назад, вдруг объявился, и не где-нибудь, а в далеком чужом Вильнюсе?

— Иногда случаются самые невероятные вещи. Взять, к примеру, тех ветеранов Вьетнама, которых давно «списали», считали покойниками. Сколько их объявилось живыми и невредимыми за последние годы? Сам знаешь.

— Но во Вьетнаме была война, Пол, не забывай. Огромное количество народа принимало участие в боевых действиях. Естественно, возможны ошибки при определении потерь. А этот парень...

— Дэвид Люгер его зовут.

— О'кей, пусть будет Люгер, как скажешь. Он ведь был не на войне, правда?