— Озеров, высота восемьдесят метров, — нервничая, предупредил пилот. Он хотел, чтобы его возражения были записаны на магнитофон. — Вы движетесь прямо на эти грузовики.

— Нет, я, по крайней мере, в сотне метров к северу от шоссе, — ответил Озеров. «Что ж, может быть, конечно, и не так далеко, но какое значение могут иметь несколько десятков метров, если впереди не противник?» — Давайте-ка пуганем этих водителей, чтобы они не спали. — Озеров оглядел кабину. Глаза пилота снова были прикованы к лобовому стеклу, но «Залп» кивнул Озерову в знак одобрения. Он не прочь был повеселиться.

Похоже на дорогу IR-300...

В памяти невольно вспыхнули воспоминания.

«Да, очень похоже на дорогу IR-300, это была дорога для тренировочных полетов на малых высотах, проходила она через Орегон, Северную Калифорнию и обрывалась вблизи Уайдлера в штате Айдахо. Местами эта дорога проходила всего в пяти милях в стороне от главной магистрали, ведущей в Бойсе, и, хотя магистраль находилась за пределами четырехмильного тренировочного полетного коридора, некоторым экипажам нравилось сворачивать в сторону, снижаться на предельно малую высоту и до смерти пугать водителей грузовиков. Обычно эта дорога использовалась для тренировочных полетов бомбардировщиков с базы ВВС Форд...»

— Озеров! Мы смещаемся к краю полетного коридора.

Озеров слегка увеличил высоту и выполнил поворот на тридцать градусов в направлении зоны первой цели.

— Простите. Я задумался... о следующем заходе на бомбометание.

— А вы видели, как тот грузовик слетел с дороги? — радостно воскликнул второй пилот, забыв о том, что их разговоры записываются на магнитофон. — Придется туда сажать другого водителя, чтобы этот мог сменить штаны!

— РЛС обнаружения, шестьдесят градусов правее курса, — доложил бортинженер. — Это следящая станция в Несвиже. На этой высоте она нас захватить не должна, но если все же захватила, то надо включить бортовой маяк.

— Включите его, когда до цели будет сто двадцать километров, — отозвался Озеров. — Это оптимальная дальность слежения. Мне нужны данные, насколько успешны будут их действия по нашему обнаружению и захвату.

— Тридцать градусов влево, работает излучатель, — снова раздался крик бортинженера. Технический персонал «Физикоуса» разместил серию излучателей, имитирующих вражеские РЛС, в различных местах по маршруту полета для определения способностей экипажа реагировать на опасность и уничтожать РЛС и средства ПВО, прежде чем они заметят «Туман» и атакуют его.

Пилот положил руки на штурвал.

— Я должен...

— Нет. Я сам, — решительно заявил Озеров. — Он переключил систему вооружения с бомб свободного падения на крылатые ракеты AS-17. — Противорадиолокационная ракета готова. Предупредите Несвиж о пуске и включите маяк. — Система радиоэлектронной борьбы должна автоматически ввести в ракету AS-17 данные — пеленг цели и частоту излучателя. Озеров медленно снизил высоту, теперь уже до пятидесяти метров.

— Озеров, высота пятьдесят метров! — взволнованно запротестовал пилот. Допущенное Озеровым нарушение встревожило его, хотя внешне пилот и держался вполне спокойно. — Это безумие! Расстояние до земли меньше, чем размах крыльев!

Кратковременная потеря ориентации в пространстве и времени, которую Озеров ощутил несколько секунд назад, прошла. Он уже вел машину на боевой заход, и все остальное не имело значения.

— Проверьте переключатели, включите устройство записи данных дублирования, приготовьтесь к пуску ракеты. — Озеров нажал кнопку пуска, включив последовательность запуска: выбор ракеты и запуск двигателя, включение гироскопов, размыкание пилона, введение данных инерционного полета, завершение проверки работы двигателя. Пока происходили все эти операции, Озеров потянул на себя штурвал и набрал минимальную высоту пуска ракеты — двести метров. «Туман» достиг этой высоты как раз в тот момент, когда заканчивался предстартовый отсчет. — Три, два, один... пуск.

Внезапно раздался громкий хлопок, взметнулось пламя, ракета сорвалась с правой подвески и исчезла в темноте. Озеров моментально отвернул машину вправо — потому что ракета должна была свернуть влево на цель — и снизился. Одновременно с этим он переключил систему вооружения с ракет на бомбы свободного падения.

— Переходим на бомбометание. Следите за курсом, я займусь прицелом.

Сам процесс бомбометания был проще простого. Цель имела дезориентирующий радиолокационный отражатель, а каждая вынесенная точка прицеливания представляла собой отдельное здание, которое любой идиот мог обнаружить с помощью примитивного радара. Озеров проверил каждый вынос, любое отклонение в перекрестье между ними означало бы ошибку в скорости или курсе, но система работала отлично. Никаких ошибок.

— Цель обнаружена. Экипажу приготовиться к сбросу бомбы с радиолокационной системой наведения. Действуем синхронно, работают все компьютеры, скорость сноса ветром менее шести метров в час.

До пуска осталось несколько секунд...

Озеров так резко отпрянул назад от экрана радара, что стукнулся затылком о подголовник кресла-катапульты. Никто не обратил внимания на его глаза... Но они были широко раскрыты, полны настоящего ужаса и недоумения.

— Черт побери... черт... где я? — пробормотал он по-английски. — Где я?..