Растленные и в полном торжестве,

В сиянье вознесясь, пленённый плен

Повлёк по воздуху, который был

Владеньем долголетним Сатаны.

Под нашими стопами, наконец,

Тот сокрушит Врага, кто роковой

Удар ему предвозвестил теперь.

Он женщине решенье объявил:

"— Умножу, умножая скорбь твою

В беременности; ты детей рождать

В болезни будешь; к мужу твоему

Влечение твоё, и будет он

Господствовать всецело над тобой".

Адама он приговорил последним:

"— За то, что внял жене своей, вкусив

От Древа, о котором Я запрет

Изрёк, поведав: от него не ешь!
–

В твоих деяньях проклята Земля;

Все дни твоей ты жизни станешь впредь

Питаться в скорби от неё; волчцы

И тернии она тебе взрастит,

И ты кормиться будешь полевой

Травой, и в поте твоего лица

Есть будешь хлеб, пока не отойдёшь

Обратно в землю, из которой взят,

Зане ты прах и обратишься в прах".

Так Суд вершил Небесный Судия

И Он же — наш Спаситель, отдалив

Удар смертельный, возвещённый днесь;

И, сжалившись при виде их, нагих,

Открытых воздуху, что должен был

Большие измененья претерпеть,

Не пренебрёг от сей поры слугой

Предстать пред ними. Как поздней своим

Он слугам ноги умывал, теперь

Покрыл, подобно нежному отцу,

Их наготу и кожами одел

С животных умерщвлённых или с тех,

Кто, словно гады, сбрасывают кожи,

Дабы на молодые заменить.

Не преминув одеть Своих врагов,

Не только внешнюю их наготу

Он кожами прикрыл, но во сто крат

Постыднейшую наготу их душ

Греховных Правды ризами облёк

И заслонил от Своего Отца;

Затем, к Нему мгновенно вознесясь,

В блаженном лоне Отчем опочил

Во славе, и Отца, хотя Господь

Всеведущ, о суде оповестив

Над Человеком грешным, за него

Ходатайство умильное добавил.

Меж тем, до преслушанья и суда,

Сидели Грех и Смерть лицом к лицу

У настоять растворённых Адских Врат,

Откуда яростный хлестал огонь

Б пучине Хаоса, с тех пор, как Враг

Их миновал, пропущенный Грехом.

Уродина, молчание прервав,

Заговорила, к Смерти обратясь:

"— Зачем в таком бездействии, мой сын,

Мы, глядя друг на друга, здесь сидим,

Тогда как Сатана, великий наш

Родитель, ратует в иных мирах,

Устроить наилучшее стремясь

Пристанище для нас, любимых чад.

Бесспорно, он желанного достиг,

Поскольку, неудачу потерпев,

Вернулся бы: клевреты Божества

Удобнейшего места не найдут,

Чтоб жажду мести удовлетворить

И покарать мятежника. В себе

Я чую силу новую; крыла,

Сдаётся, вырастают за спиной;

За гранью этой хляби мне даны

Обширные владения, туда

Сама не знаю что меня влечёт,

Симпатия иль соприродной силы

Влияние, способное сопрячь

Явленья сходственные связью тайной,

Бездействуя загадочным путём,

Чрез пропасти немереных пространств.

Ты — тень моя и следовать за мной

Обязан. Никакая в мире власть

Не может Грех со Смертью разлучить.

Но чтобы возвращенье Сатаны

Нелёгкий перелёт не задержал,

Чрез эту неприступную пучину

Непроходимую, вдвоём с тобой,

Отважимся на подвиг, что вполне

Нам по плечу: мы перебросим мост

Над бездною, — из Ада, в те края,

Где Сатана владычит; оснуём

Дорогу, памятник соорудим

В честь боевых заслуг подземных войск,

Для них переселенье облегчив

Иль переправу, — как решит судьба.

Я в направлении не ошибусь,

Столь властно пробудившийся инстинкт

И тяга, неизвестная досель,

Меня влекут и мной руководят!"

На это Призрак тощий отвечал:

"— Иди, куда твой рок тебя ведёт

И сила склонности. Не отступлю,

Последуя тебе, и не сверну

С дороги нашей общей. Чую дух

Убийства, запах неисчетных жертв,

Вкус умиранья всех живых существ,

Там обитающих. Не откажусь