— Ну-ка, Ортлон, разозлись как следует! Ведь раньше у тебя это здорово получалось. Пусть все остатки этой розовой дряни разом выйдут из тебя!

— Не могу, — еле слышно проговорил эльф.

— Заклинаю тебя всеми богами, твоей собственной душой и царством эльфов: разъярись посильнее, чтобы нам выбраться отсюда! Ты должен нам помочь, Ортлон!

— Не знаю, получится ли у меня… Это приходит само собой. — На лице его, сменяя друг друга, мелькали то страх, то сомнение.

— Неужели они так и не понесут наказания за все твои муки, за многолетнее заточение на пороге сокровищницы?

— Нет, этому не бывать! — Ортлон выпрямился, гордо расправив плечи. Одной рукой он взял ладонь Тамир, другой коснулся мохнатой головки Аррамога. — Жизнь моя не очень удалась. Может быть, со смертью повезет больше. — Он взобрался на алтарь и пронзительно закричал: — Эй, боч-ла, исчадия тьмы! Ненавижу вас и презираю! Да нападут на вас чума, холера и прочие недуги! Прочь отсюда!

— Ты покинул сокровищницу, страж, — раздался глухой голос. — А ведь она полным-полна сверкающих драгоценностей. Мы отдадим их тебе, только вернись на свой пост.

— Ненавижу вас всеми фибрами своей души! И все царство эльфов вас тоже ненавидит! — Ортлон протянул руки по направлению к боч-ла, и с кончиков его пальцев потекли густые струи розовой слизи.

— Тебе от нас не уйти! — пригрозил глухой голос, но, как только слизь подступила к боч-ла и коснулась их ног, они, один за другим, стали отступать. От них повалил пар, черные воины таяли прямо на глазах.

— Бриллианты, рубины, жемчуга, золото, — соблазнял голос. — И все это — твое! Ты не посмеешь отказать боч-ла! — Они продолжали отходить, но пока удерживали площадку у входа, откуда так внезапно появились.

Ортлон бушевал и неистовствовал по-прежнему. «Сколько времени ему удастся продержаться? И сколько еще розовой слизи у него в запасе? — размышляла Тамир. — Что бы еще придумать?» — она обернулась и взглянула на стену позади алтаря. Казалось, совиные глаза колдуна и зеленые пантеры смотрят прямо на нее.

— Сначала форма, потом облик, — прошептала она, на миг встретившись глазами с Зифоном. Тамир надеялась, что он понял ее замысел и поможет ей всеми силами, которые у него еще остались. — Непревзойденный колдун, одолжи мне на время свой облик, — тихонько попросила она. — Помоги изгнать зло из этого священного места. Мы сражаемся на стороне сил света.

Ослепительный луч прорезал пещеру. Все взгляды обратились к древнему алтарю. Существо с совиными глазами, орлинным клювом и волчьими ушами угрожающе простерло к боч-ла мощные львиные лапы. Рядом замерла черная пантера; оскалив пасть, она приготовилась к прыжку.

— Вы осквернили святыню, храм доблестных воинов, — загремел оглушительный голос. — Но вашей злой силе пришел конец! Без моего приказа в святилище больше не будет никаких сражений.

— Прости нас, — захныкал глухой голос.

— Вы — воплощенное зло. Вот уже тысячу лет никто из вас не осмеливался сюда входить. Я изничтожу ваш род, ваше обличье, саму вашу суть! Вас больше нет! —

Колдун нацелил на боч-ла львиные лапы. Раздался рев пантеры.

— Нет… нет! — вскрикнул глухой голос.

Но тьма, являвшая собой боч-ла, уже исчезла навсегда.

Постепенно плесень на стенах снова замерцала, и пещера осветилась. Зифон поднял обруч над головой. Ортлон, раскинув руки, лежал на каменном алтаре и едва дышал. Позади алтаря стояли уже не колдун с пантерой, а Тамир и Аррамог.

Тамир разглядывала свои ладони. Потом повернула их тыльной стороной к себе — вместо когтей были ногти. Девушка погладила Аррамога по спине. — Ну и страшенная пантера из тебя получилась!

Зифон потрогал запястье эльфа. — Пульса нет. Наш друг скончался.

Тамир коснулась рукой лица Ортлона. — Ведь он был вовсе не обязан умирать, чтобы спасти нас. — Девушка вынула из кармана кристалл и стала водить им над неподвижным телом, призывая эльфа ожить.

К ней подскочил Котфа. — Под конец он стал храбрым воином. Не самая плохая смерть — пасть в борьбе с силами зла. — Он повернулся к волшебнику. — В таком виде трудновато ползать по пещерам, — посетовал уорробо, — откинув с лица непослушное ухо.

Зифон произвел необходимые манипуляции, и Котфа снова стал человеком. Волшебник тронул Тамир за плечо. — Ортлона не вернешь. Но, куда бы его дух не устремился, теперь он очистился от зла. Кто знает, может нам еще доведется встретить его в иных краях, в ином обличье…

Тамир неохотно отказалась от попытки оживить эльфа. По щеке ее скатилась слеза. — Бедняга, его мучения закончились. Лежит здесь, как жертва, принесенная бог знает кому.

— Давайте похороним его там, где он нашел пирамиду. — Котфа принялся рыть землю мечом. Выкопав ямку, он бережно опустил в нее тщедушное тельце и засыпал землей.