— Похоже, что Tea приступила к выполнению своих собственных планов.

И, как прекрасно знал Вэр, в них ему не отводилось места. У него почти не будет времени на споры с ней. Неясно, когда прибудет посланец от Кемала, а значит, дорога каждая секунда. Все складывалось из рук вон плохо. Даже если он вовремя увезет Tea и Селин из Эль Санана, то куда ему их везти? Все внутренние земли охватит огонь, разожженный Ричардом под Акрой. А если только кто-то из тамплиеров видел знамя, то не только Кемал, но и рыцари Храма пустятся по их следам.

Ладно, он обдумает все эти варианты по дороге в Эль Санан. Сейчас самое главное — вытащить Tea вовремя из крепости.

Алое знамя с золотыми львами вызывающе развевалось на ветру.

Ваден воспринял его как злую насмешку над страшной тайной тамплиеров. Дав шпоры коню, он пытался не упустить из виду эскорт Кемала, направляющегося в сторону Эль Санана. Приходилось ехать достаточно быстро и при этом соблюдать осторожность, в то время как он хотел только мчаться вперед. Боже, как он измучен постоянной предосторожностью… и ожиданием.

— Я покончу с этим…

Если только у него будет возможность. Великие Маршалы видели знамя, и Ваден наблюдал, как они собирали свои силы после резни. Тамплиерам пришлось прибегнуть к искусству лжи, в этом они давно преуспели, чтобы убедить Ричарда, почему лучшие рыцари его армии не пойдут в Иерусалим следом за ним, а отправятся прямо в Дандрагон. Они будут повсюду искать Вэра. Теперь их ничто не остановит.

Будь проклята эта женщина. Будь проклято это чертово знамя. Вэр его законная добыча. Ему не нужно вмешательство де Сейбла.

— Я покончу с этим.

Так же, как покончили с этими несчастными пленными под Акрой.

Что ж, почему бы и нет? Кровь невинных всегда течет рекой на войне, и когда он беспокоился о ком-нибудь, кроме себя самого? А Вэр не жертва. Он допустил ошибку, значит, должен заплатить за нее своей кровью. Ваден знал, что этот момент наступит, уже с того самого дня, когда ему сказали, что Вэр бежал из Ордена. Больше он не мог ждать.

Это дело следовало завершить.

Взгляд Tea метнулся к внезапно распахнувшейся двери.

Вэр!

Ошеломленная, она не верила своим глазам. Он ворвался в комнату и захлопнул за собой дверь.

— Что вы здесь делаете?

— Собирайтесь. Где Селин?

Она отложила в сторону вышивку и поднялась, резко выпрямившись.

— Почему вы пришли сюда?

— Мы уезжаем отсюда. — Он оглядел комнату. — Черт возьми, где ваша сестра?

— Я никуда с вами не поеду, — яростно заявила она, сжав кулаки. Она все сразу поняла: Вэр, пользуясь отсутствием Кемала, решил забрать ее отсюда и тем самым разрушить все ее планы. — Никуда я с вами и шага не сделаю.

— Вы поедете, — сказал он грозно. В несколько шагов он пересек комнату и встал прямо перед ней, глядя на нее сверху вниз сверкающими глазами. — Вы поедете со мной, или я ударю вас и унесу отсюда, когда вы будете без сознания. Выбирайте.

Он выполнит это, поняла она в бессильной ярости, как сделал в первую их встречу в пустыне.

— Я вижу, вы неплохо вооружены, чтобы сражаться со слабой женщиной.

— Вы никогда ею не были. А вооружен я для того, чтобы защищать наши жизни.

— Уходите отсюда, и вы сохраните свою жизнь.

— Но вы нет. Где Селин?

— Мы никуда с вами не поедем. — Она отступила от него на шаг. Может, ей побежать к двери, ведущей в коридор или в сад? Лучше в сад. Скоро стемнеет, а там много мест, где можно спрятаться. — Я позову Домо, и он скажет стражникам, что собственность Кемала нуждается в защите.

— Но здесь каждому, в том числе и Домо, известно, что вы — моя собственность.

— А Кемал наказал им, что со мной необходимо обращаться с большим уважением и слушаться любых моих приказаний.

— За исключением одного — предоставить вам свободу. Перестаньте сражаться со мной. — Он выглянул в окно за ее спиной. — И ради всего святого, не спорьте. Уже становится темно.

Она попятилась к двери.

Он не отрывал от нее взгляда, в его хриплом голосе звучало неподдельное отчаяние.

— Не заставляйте меня делать это. Я не хочу причинять вам боль. Я просто пытаюсь сохранить вам жизнь. Кемал вот-вот вернется, чтобы расправиться с вами.

Она застыла на месте.

— Почему я должна вам верить? Вы мне лгали и раньше.