—Подожди, гора, я скоро приду!

— Й-й-й-и-и-к! Речная собака умом тронулась. Держись подальше, Крозби!

—Не бойся, Претил, я с ним разберусь!

Таг вытянул шею, пытаясь разглядеть говорящих. Перед ним у кромки воды стояли две береговые полевки. Он улыбнулся им и вежливо сказал:

—Привет!

Толстый самец в домотканой ночной рубахе держал в лапе дубину и стоял перед самкой в позе защитника.

—Я вот тебя сейчас поприветствую дубиной, веслохвост чокнутый. Ты кто такой и что тут у нас делаешь?

Таг смерил забияку взглядом и негромко протянул:

—Я бы на твоем месте поразмыслил, прежде чем хвататься за дубину.

Полевка, пыхтя и отмахиваясь от спутницы, которая пыталась его удержать, неуклюже полез вверх по береговому склону.

—Хо-хо, он бы пораздумал… раздумчивый какой… Да я и не таких, как ты, бродяга речной…

Тагу не хотелось ни с кем связываться, и он попытался прояснить обстановку.

—Послушай, друг, я не понимаю, из-за чего ты так разошелся?

Отпихнув свою подругу, полевка аж подпрыгнул от возмущения.

—Из-за чего взволновался? Хорошенькое дельце! Он тут орет и буянит, будит детенышей, тырит наши груши.

А я с ним целоваться должен да за все это благодарить!

Разъяренный блюститель порядка и покоя бросился на Тага. Тот легко увильнул в сторону, и нападающий, промахнувшись, свалился ничком, проехавшись носом по земле. Таг наступил ему на затылок, а дубину прижал к земле мощным хвостом.

—Охо-хо-хоньки-и-и-и! — запищала молодая полевка, — Теперь он нас убьет, сожрет, и ииктохоньки-то нас не спасет! И-и-и-и-и!

Отобрав у вояки дубину, Таг поднял его за шиворот И посадил рядом с полевкой.

—Я вас ни убивать, ни пожирать не собираюсь. Я ваш друг. Утрите слезы.

—Не трогай меня, отстань, грубиян! — Она оттолкнула его успокаивающую лапу.

Его бывший противник уже собрался с духом и трезво оценил обстановку.

—Э-э-э, мать… Перестань вопить, закрой шлюзы, золотце мое. Он нас не тронет, видишь? Я Крозби, а ее зовут Претил, моя хозяюшка. А ты кто?

—А я просто Таг. Так меня и зови.

Претил протерла глаза краем ночной рубахи и залепетала:

—Очень приятно ветре… Ик! Ветре… Ик! Такого… Ик!

Крозби обнял свою толстушку-жену и пояснил:

—Это она от плача заикала. Придержи морду лапой и хлопни по земле хвостом хорошенько, Претил! Сразу пройдет. Ты, должно быть, голодный, Таг? Потому и груши зеленые слопал?

—Извини, я не знал, что это ваши груши. А и точно, я проголодался. Все некогда было о еде подумать, с полудня ничего не ел.

Крозби отряхнул пыль с рубахи жены, потом занялся собой.

—Ну, ото дело поправимое. Пошли с нами, мы быстро набьем твое брюхо.

Обиталище береговых полевок находилось в том самом холме, на вершине которого прыгал Таг. Замаскированный вход скрывался в береговом склоне. Стены и потолки коридоров укрепляли корпи растущего на холме грушевого дерева. Кроме нескольких семейств береговых полевок здесь нашли приют большое семейство водных полевок и одна семья сухопутных.

Все они собрались вокруг Тага, с почтением озирая его могучую фигуру и янтарную рукоять ножа с сипим камнем. Малыши катались на хвосте выдры и трогали его лапы.

—У-у-у, какой здоровенный!

—Сильнющий, наверно…

—А нож какой! Вот тебе сейчас хвост отхватит!

—Прочь все, прочь! — отогнала малышню Претил. — Отстаньте от бедного путника, ему пора покушать.

Это сообщение сменило обсуждаемую тему.

—Спорим, тебе столько не съесть, сколько он съест.

—Запросто бы проглотил, если б был таким же здоровущим.

—А как он будет из наших тарелок? Ему из котла надо.

Крозби смел их в сторону и присел рядом с Тагом.

К ним подсел косматый самец водной полевки.

—Таг, а это Заместин. Он тут заместитель главного, потому и имя такое.

Стол покачнулся от напора малышни, старавшейся получше рассмотреть пришельца.

—Кыш отсюда! — шикнул на них Заместин. — Покажите-ка лучше, как вы танцуете. Раккаду, изобрази им музыку.

Перед Тагом появился каравай теплого орехового хлеба и сковорода с тушеными овощами.

—Тарелкой при твоих габаритах не обойдешься. Кушай на здоровье!

Крозби наполнил кружки фруктовым напитком, и трапеза началась под музыку, пение и танцы.