Шрифт:
— К нам пришел Фургль Отшельник, — доложила Вера Иголка аббатисе. — Ты не поверишь, он видел сегодня Самкима и Арулу.
Сидя в комнате аббатисы, Фургль с удовольствием пил настойку из буковых орешков и ел сливовый пудинг. Утолив голод, он обернулся к аббатисе:
— У меня есть для тебя чрезвычайно важная новость.
Долина нервно сунула лапы в рукава:
— Ты про Самкима и Арулу? С ними что-нибудь случилось?
— О, они в порядке, в полном порядке. Я хотел рассказать о ласке. Одной из тех, что были здесь в аббатстве. Сегодня днем после обеда бедняга упал и умер. Я совершенно уверен, он умер от болотной лихорадки!
— Болотная лихорадка! Ты уверен, Фургль? Старик грустно кивнул.
15
Мара проснулась оттого, что нечто тяжелое прижало ее к земле. Воздух был наполнен ликующим кваканьем. Она попыталась встать, но не смогла.
— Что происходит? Пиккль, проснись! Рядом зашевелился Пиккль:
— Слышь, что это? Вонища-то!
Мара полежала минуту, осмысливая ситуацию. Они были опутаны сплетенной из тростника сетью, придавленной к земле валунами. Через мелкую ячею она повсюду видела сотни огромных жаб, эти твари кривлялись в победном танце, зобы их то раздувались, то опадали, когда они издавали пронзительное кваканье. Большинство жаб было вооружено трезубцами и ременными пращами.
Ящерица Свинки торжествующе выпрыгнула вперед, потрясая кинжалом и сломанным дротиком, которые были единственным оружием Пиккля и Мары.
— Ксс! Как себя чувствуете? Не хотите ли оторвать мне хвост или разломать мою нору?
Сами того не ожидая, друзья обзавелись опасным врагом. Мара попыталась урезонить Свинки:
— Я очень сожалею о том, что произошло. К тому же мы обещали тебе вознаграждение, если ты приведешь нас домой.
— Кссс! Лж-ж-ж-жецы! В обмен на вас король Глагвеб даст мне очень много болотных червей и мух.
Пиккль потряс сеть в бессильном гневе:
— Ты грязная свинья, Свинки!
К сети вразвалку подошла огромная красноглазая жаба и отодвинула Свинки в сторону. Вся ее зеленая кожа была покрыта бородавками. Жаба просунула длинный трезубец сквозь сеть, едва не выколов пленникам глаза:
— Бре-екс! Пищевым рабам молчать! Или умрете!
— Лучше делай, как он говорит, Пиккль, а то он и впрямь убьет нас! — прошептала Мара Пикклю.
Ящерица поклонилась массивной жабе:
— Кссс, Свинки предложила тебе отличную сделку, король Глагвеб!
Король жаб важно кивнул и взмахнул трезубцем. Две жабы меньшего размера вышли вперед, с собой они тащили большой мешок, который беспрестанно шевелился.
Свинки взяла его и стала пятиться, кланяясь и приседая:
— Ксс, болотные мухи и черви, нет надобности считать их. Свинки доверяет своему другу, великому королю. — И Свинки потащила мешок в дюны, на прощание помахав лапой Маре и Пикклю: — Пока, пищевые рабы. Кссс!
Своих пленников, барсучиху и зайца, жабы заставили идти, не сняв с них сети. Спотыкаясь, пленники брели по дюнам, окруженные кривляющимися жабами, которые, казалось, хотели только одного — пнуть их трезубцем.
На дюны опустилась ночь, а пленники все еще шли. Мара уже передвигалась на четвереньках. Пиккль по-собачьи шел рядом. Постепенно до их онемевших чувств дошло, что теперь они бредут по сырой, влажной равнине, где растут пучки травы и валяются комья грязи.
Одна из жаб достала раковину и подула в нее, раздувая зоб. Откуда-то издалека раздался ответный звук и показались огни.
Король Глагвеб жестоко ткнул Мару своим трезубцем:
— Крекс! Шевели лапами, полосатая собака. Уже скоро!
Когда они добрели до места назначения, пленники плюхнулись на влажную землю, задыхаясь от изнеможения.
Король Глагвеб ткнул зайца древком своего трезубца:
— Крекс! Посадить пленников в яму.
Сеть грубо потянули, затем два десятка жаб ее вывернули. Мару и Пиккля сбросили в глубокую яму. Грязная вода, покрывавшая дно ямы, доходила до середины лап.
Пиккль попытался взобраться наверх по скользкой глинистой стене, но соскользнул назад.
В темноте раздался хор голосов, один из них звучал громче других:
— Зря тратите время и силы.
Мара почувствовала, что лапа ее наткнулась на короткий грязный мех:
— Кто ты?
В темноте проступили очертания небольшой фигурки.
— Мы пленники. Пищевые рабы, как и вы. А как вас зовут?
— Я — Мара из Саламандастрона. А это мой друг, Пиккль. Он тоже пришел из горы.
— А я — Нордо, единственный сын Лог-а-Лога. Мой отец — предводитель Гуосима, Партизанского Союза Землероек Страны Цветущих Мхов. Нас здесь тридцать четыре землеройки.