Зопирион продемонстрировал модель Дионисию. Поместив стрелу в желоб, он при помощи лебедки натягивал тетиву, а потом захватывал ее крючком. После этого отпускал лебедку, отцеплял веревку от тетивы и нажимал на спусковой крючок. Лук выпускал стрелу, и она падала на поле.

— Ха! Клянусь богами, я могу выстрелить из лука гораздо дальше, причем без всяких вспомогательных механизмов!

Зопирион улыбнулся.

— Понимаете, Архонт, это всего лишь пробная модель.

— А какого размера будет окончательный вариант?

— Так как я планировал использовать для метания обычное копье, то метательный аппарат в полную величину будет примерно в три раза больше.

— А будет ли он стрелять в три раза дальше?

— Я не знаю, господин. Конечно, он будет стрелять дальше, чем человек, метающий копье.

— Продолжай. Посмотрим, что получится.

— Все хорошо, Архонт, но…

— Что такое?

— Если бы у меня было несколько рабочих, дело пошло бы быстрее.

— А сколько у тебя сейчас?

— Только случайные помощники, которых я по случаю беру внаем у других мастеров. Практически все я делаю своими руками.

— Зевс всемогущий! Это непроизводительно. Конечно, в экстренной ситуации очень помогает самому поработать руками. Но я нанимал тебя работать мозгами. Ты спрашивал о помощниках?

— Да господин, но мне ответили, что нет свободных рук.

Тиран нахмурился.

— Неужели? Я поговорю об этом с Драконтом. Мне интересно посмотреть, что у тебя получится.

— В таком случае, О, Архонт, мне очень понадобится помощь твоего главного лучника — сконструировать лук.

— Его ты тоже получишь. А как ты назовешь эту машину?

— Когда-то я назвал ее просто катапентес — «бросатель».

— Тогда пусть так и называется — катапульта. Заканчивай разработку как можно быстрее. Будь в добром здравии!

Главный лучник только всплеснул руками.

— И зачем бог бросил меня в гнездо сумасшедших? Тридцать лет я делал луки, о, юноша, и никогда не слышал ничего подобного. Зевс и Аполлон, лук длиной десять локтей! А кто будет из него стрелять? Геракл?

— Нет, Геракл слишком мал, — улыбнулся Зопирион. — Разве ты не слышал? Архонт взял на службу великана Полифема — для участия в следующем походе.

— Но мне казалось, что Одиссей выколол ему глаз несколько сотен лет назад!

— Да, но глаз снова вырос. Ты знаешь, эти полубоги…

— Юноша, не смеешься ли ты надо мной?

— Ну, ладно, господин Профимион. Если тебе не понравилась моя шуточка, я забираю ее назад. Считай, что я ничего не говорил. Ты видел модель катапульты, над которой я работаю в поле для стрельбы из лука?

— Эта ерундовина? Видел.

— Так вот, я собираюсь построить машину в полную величину. Для нее потребуется лук длиной десять локтей. Ты можешь такой сделать?

— Хмм, машины, подобные твоей, никогда не заменят живых лучников. Когда я говорю о хороших лучниках, то не имею в виду эллинов, — и мастер плюнул на грязный пол Арсенала. — Они презирают стрельбу из лука в страхе, что их перепутают с Парисом Троянским. А вот персам нравятся искусное оружие…

— Ты прав! — перебил его Зопирион. — Кроме меня, только ты можешь понять принцип действия лука. Поэтому я и пришел к тебе.

— Ну что ж, раз уж ты так заговорил, я выскажу некоторые соображения по поводу твоей идеи…

— И он на самом деле согласился построить твой великий лук? — позже поинтересовался Архит.

— Обещал, что попробует. Я сказал Профимиону, что, кроме него, я единственный специалист по изготовлению луков в Сиракузах, после чего мы и поладили.

— Прими мои поздравления. Ты уже кое-чему научился, — воскликнул Архит. — Поставлю статир против обола, что он найдет способ подрезать твои крылышки. Профимион — закостенелый консерватор, который терпеть не может новые изобретения и находит тысячи причин не делать то, что не хочет.

Когда наступил месяц Метагитнион [48] , и спала летняя жара, все реже стали появляться на улицах Сиракуз люди, расхаживающие нагишом. Когда войска Регия и Мессаны вторглись на территорию Сиракуз, Дионисий собрал армию и отправился на север им на встречу. Но союзные армии, как это обычно бывает у греков, рассорились между собой и, в конце концов, возвратились домой без всякого кровопролития.

Тем временем Зопирион заканчивал чертежи, а его плотники, вооружившись пилами и рубанками, трудились над деревянным брусом — основой большой катапульты.