Шрифт:
– Дом номер шестнадцать на Солидной площади, - заявил кучер ЛиХофбруннов.
– Вы уверены?
– верховный судья пристально посмотрел на перепуганного собеседника. Годы нисколько не умалили власть его бесцветных глаз.
– В точности, верховный судья, - горячо закивал кучер.
– Без остановок, прямой дорогой. В тот вечер я прямо из Сердца Света отвез ее к номеру шестнадцать на Солидной.
– Где живет?…
– Ее врач. Тот иностранец, который наделал столько шуму. Фламбеска.
– Первый визит?
– Нет, верховный судья.
– Сопровождал ли ее прежде супруг, достойный барон ЛиХофбрунн?
– Никогда, верховный судья.
– Понимаю. Определите продолжительность визита.
– Я не следил за временем, верховный судья. Точно не скажу, боюсь соврать. Я…
– Час?
– Что вы, гораздо меньше!
– Полчаса?
– Меньше. Не то бы я продрог, дожидаясь ее. Может, с четверть часа, а потом она вышла, и выглядела, словно ей гора на голову рухнула.
– Были признаки физических изменений?
– Да нет, ничего такого. Просто такое уж у нее было лицо, и походка тоже.
– Понимаю. И после этого?…
– Потом она, вместо того чтобы сесть в карету, поплелась пешком по улице. Я ей кричу: «Миледи, миледи, позвольте отвезти вас домой!», а она уходит, словно не слышит.
– Вы не пытались последовать за ней?
– Это не мое дело, верховный судья.
– Она что-нибудь сказала?
– Ни словечка. Я бы скрывать не стал! Поверьте, я вам все рассказал.
– Я вам верю, поскольку в состоянии распознать малейшее отклонение от истины. Солгать мне невозможно.
– Я бы и пробовать не стал, верховный судья. Да мне и скрывать-то нечего.
– Надеюсь, что так, ради вашего же блага. Что вы сделали после ухода баронессы?
– Вернулся к Сердцу Света за милордом. Рассказал ему, где видел миледи в последний раз, и спросил, не надо ли ее поискать. Он сказал, не надо, его, мол, это не касается, так что я просто отвез его домой.
– Понимаю. Вы уверены, что рассказали все о том вечере?
– Да, верховный судья. Все.
– Кучер снова ощутил на себе пронизывающий луч взгляда, который умудрился перенести достойно - почти не дрогнув.
– Вы дословно записали показания?
– обратился ЛиГарвол к своему секретарю.
Тот кивнул.
– Требуется ваша подпись, - сообщил кучеру верховный судья.
– Вы грамотны?
– Свое имя написать смогу.
Перед ним положили бумагу. Взяв у секретаря перо, кучер старательно вывел свое имя на пачке листков и поднял взгляд, полный добродетельной гордости.
– Пока достаточно. Если Белому Трибуналу понадобится ваше свидетельство…
– Я с радостью исполню свой долг, верховный судья.
– Не сомневаюсь. Слуга достоин своего господина. Вы можете идти.
Кучер с облегчением удалился. Несколько минут судья ЛиГарвол перечитывал его показания, оказавшиеся неожиданно интересными. Связь Эстины ЛиХофбрунн с врачом-иностранцем и его влияние на женщину, безусловно, стоило изучить повнимательнее. Особенно важно выяснить, что произошло во время их последней встречи. ЛиГарвол дернул висевший над столом шнурок звонка. Мгновенно появился коренастый офицер в форме Солдат Света.
– Верховный судья!
– отсалютовал офицер.
– Капитан… - Некоторое время судья молча рассматривал вошедшего. Он был почти готов отдать приказ о немедленном аресте и допросе доктора Фламбески, однако передумал, более тщательно осмыслив эту проблему. Недавно появившись в городе, стрелианец успел заслужить немалую известность. Его пациенты - люди состоятельные и хорошего происхождения, так что арест не останется незамеченным. Связь модного доктора с покойной ЛиХофбрунн только подогреет интерес к неприятному происшествию, которое желательно поскорее предать забвению. Эти отвратительные прислужники Злотворных, прозвавшие себя Мухами, и без того заполонили город своими мерзостными пасквилями. Они сумели прознать обо всем, что случилось на Зимнем Восхвалении - явно от кого-то из присутствовавших, и выводы, сделанные ими из болтовни безумной женщины, чрезвычайно опасны. Арест врача покойной, явное проявление озабоченности суда только подбросит новую пищу злобным клеветникам.
Иногда в интересах Автонна следует проявлять сдержанность и терпение.
– Вы приставите пару лучших агентов к дому номер шестнадцать на Солидной площади, - распорядился судья.
– Взять под наблюдение квартирующего там иностранца, назвавшегося доктором Фламбеской. Обратить внимание на его передвижения, привычки и разговоры. Особенно тщательно учитывать имена посетителей Фламбески: пациентов, знакомых и прочих. Наблюдение незаметно для объекта вести круглосуточно.